Автор
Врач объясняет состояние пациентки с холодной и отстраненной интонацией. Студентка Галина узнает, что она ставит диагноз "выкидыш", не причинив ей удивления, но воспринимая как физическую реальность. Она ошеломленно смотрит на свои руки, словно в поисках ответа на этот ужасный вопрос....
Малыш…
– Я тоже, – натянуто улыбаюсь.
Но не зарываюсь в его грудь. Ничего не делаю. Моментом отрезает. Всё желание, силы падают вниз.
– Как самолёт? – выдавливаю из себя, начиная чувствовать себя нехорошо. Я чувствую себя здесь чужой. Третьей лишней.
– В норме! – восклицает. – Немного устал, но сегодня я весь твой.
– Поедем домой? – хочу быстрее убраться отсюда. Потому что взгляд Амира на себе ловлю. Смотрит на меня, гипнотизируя и испепеляя бушующим огнём. – Я приготовила твой любимый жульен.
– О-о-о, – восторженно произносит.
– А? Чего ждать? – недоумеваю, отвлекаясь от Саидова. Почему я смотрю на него, хотя приехал Аяз?
Парень делает шаг назад и неожиданно встаёт на одно колено.
Я сглатываю и бегаю взглядом по его довольному лицу. Перестаю дышать.
Аяз достаёт красную бархатную коробочку. Раскрывает её.
– Ева, прости, что уехал без предупреждения, оставив тебя одну. Я хочу извиниться. И больше никогда от тебя не отдаляться.
Воздух пропадает от одних только слов.
А пол под ногами будто рушится.
Не от слов Аяза.
А от взглядов других людей. Толпа идёт, смотрит на нас. Люди наблюдают. Ждут. И улыбаются.
Амир стоит за спиной Мирзоева.
И я неосознанно поднимаю взгляд именно на него.
Вижу выражение его лица, от которого лёгкие стягивает невиданной силой. Заглядываю в его глаза, вспыхивающие странным безумием.
Краем глаза цепляю сжатую челюсть. Напряжённую фигуру.
– Ева? Так ты согласна?
* * *Спустя несколько часов
Я тяжело дышу, склонившись над раковиной. Я должна рассказать всё Аязу. Должна. А ещё лучше всё закончить. Я дура, раз решила такими способами избавиться от Амира. Я не подумала о чувствах Мирзоева, который мне ничего не сделал. Ничего!
А я так с ним поступила!
Использовала как щит перед отцом.
И пару часов назад я сказала «да». Не желая того, не думая ни о чём.
Всё затуманилось, а в голове словно звон колокола били только одни слова.
«Сделай ему больно».
«Как и он тебе тогда».
И я согласилась. Хотя не планировала этого! Никогда!
Была уверена в своём слове даже в тот момент, когда Аяз встал с колена, протянул кольцо к моей ладони. А я смотрела только на Амира.
Он стоял, не шевелясь. Но даже несмотря на это я видела, насколько чудовищно он зол.
Я ожидала всего.
