Автор
Американская студентка сбегает от контролирующего отца в Лондон, но он преследует её даже издалека через технологии. Между попытками освободиться от его влияния и адаптацией к новой жизни героиня должна найти баланс между независимостью и семейными узами.
Мой голос звучит странно для моих ушей. Почему-то одновременно слишком высоко и слишком хрипло.
Чем больше времени я провожу с ним на этом байке, тем больше мне кажется, что я начинаю его понимать. Свобода и непостоянство его натуры, выставленной напоказ и находящейся на уровне глаз со своим окружением. Чтобы владеть велосипедом, нужен особый тип человека. В этом разница между осмотром города из экскурсионного автобуса и настоящим погружением в его улицы.
У меня такое чувство, что Нейт из тех парней, которые с головой погружаются во все. Ему нужно чувствовать текстуру между пальцами, искать то подлинное, что делает опыт стоящим того, чтобы им обладать, а не довольствоваться видом за стеклом. Это в его ауре, и я думаю, что это то беспокойное качество, к которому я инстинктивно тяготею.
Улицы сужаются среди густеющих деревьев по мере приближения к поместью Талли. Всего примерно в миле вниз по извилистой дороге, за железными воротами, виднеется небольшое историческое кладбище. Там старая каменная церковь с рябым фасадом, почерневшим от многовековых дождей, стоит на страже мертвых. Рядом с ней находится скромный кирпичный музей с раскрашенной деревянной вывеской.
Нейт подъезжает к зданию на пустой парковке. Все еще сидя верхом на своем мотоцикле, он берет мой шлем, затем убирает волосы с моего лица, пока я встаю.
-Немного оживленно, не так ли?
-Меня это не беспокоило, ” лгу я. Потому что я не хочу, чтобы он думал, что я, что, не крутая?
Он улыбается в ответ, слезая с мотоцикла. Я не уверена, одобрительный это взгляд или потому, что он знает, что я всего лишь делаю храброе лицо. В любом случае, мне нравится, что я вытягиваю это из него.
Никто не приветствует нас, когда мы входим внутрь под порывом ветра, который бросает нам под ноги сухие листья. В зале темно, если не считать мягкого янтарного освещения стеклянных витрин и открытых ставен на окнах в задней части зала, отбрасывающих резкие тени.
-Алло? Я кричу в поисках кого-нибудь, кто мог бы нам помочь.
“Перерыв на обед?” Спрашивает Нейт.
“Думаю, мы выиграли гонку”, - шучу я.
Мы ждем еще минуту или около того, прежде чем теряем терпение и отправляемся бродить по экспонатам самостоятельно. Мой взгляд впитывает каждую деталь, глубоко в животе нарастает нетерпение. У меня здесь сенсорная перегрузка. Куда бы я ни посмотрела, я вижу что-то, требующее моего внимания. Фотографии, газетные статьи, письма, написанные от руки. Журналы в кожаных переплетах, открытые на важных датах. Личные артефакты.
