Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
Раздел Chitat.online для книги «Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Роберт Макки Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потеря/обретение (–)
Близость/изоляция (++++)
Реплики «Хочется выспаться» и «Мне тоже» приоткрывают подтекст страдания, один из самых трогательных на моей памяти.
Сон восстанавливает душевное равновесие. Без него жизнь напоминает сумасшедшие, оглушительно тикающие часы. Когда вы ворочаетесь в постели, неотвязные мысли не дают покоя уму, нагоняют волнения, страхи. Шарлотте и Бобу не спится. Но в чем дело? Это разница во времени? Или беспокойные мысли?
Как я понимаю подтекст, у бессонницы обоих более глубокие причины. Из признаний следует, что оба чувствуют себя как бы на обочине, нет никакой определенности ни в их профессиональной, ни в личной жизни. Для обоих разверзлась пустота, которую не могут заполнить ни семья, ни работа. Шарлотта и Боб потеряли цель жизни.
Как подсказывает название фильма, оба главных героя не могут перевести свою пустоту в полноту; не могут представить свое будущее; не могут наполнить жизнь смыслом. В более романтические времена Шарлотту и Боба назвали бы «одинокими душами».
Обратим внимание, как эстетика Копполы избегает словесной борьбы и использует непринужденное, раскованное поведение, чтобы рассказать о внутренних баталиях, скрытых за улыбкой. Она вмещает большой объем содержания в очень простые, недлинные слова: «Вы что-нибудь придумаете», «Надеюсь, что «Порше» вас не подведет». Как же это получается?
Первое — предыстория. Как и в сцене из «Музея невинности», Коппола могла бы дать своим героям возможность рассказать о прошлых конфликтах живо и очень открыто. Вместо этого она уводит драмы за сцену; они лишь подразумеваются. Рассказы Боба и Шарлотты о себе состоят из трех частей: брак, карьера, личность. Каждая часть заканчивается признанием в потере, причем оба весьма скупо пользуются средствами языка. Боб: «отдыхаю от жены / рекламирую местное виски, вместо того чтобы писать пьесу». Шарлотта: «мой муж фотограф... я сейчас не работаю». Каждый рассказывает свою невеселую повесть с обаянием, остроумием, насмешкой над собой, и это позволяет нам проникнуть за фасад усталости от жизни и увидеть внутренние конфликты героев.
Второе — пауза для подтекста. Заметим, как Боб и Шарлотта начинают говорить: «Да...», «Э-э...», «Да уж...», делая задумчивую мини-паузу почти перед каждым предложением. Актеры также дополняют свои слова озвученными междометиями, а также неозвученными реакциями: смех, кивок, быстрый взгляд, паузы с установлением зрительного контакта, паузы, когда человек смотрит в пространство. Такие колебания, длинные и короткие, придерживают речь героя и приглашают публику в его внутренний мир. Мини-пауза открывает пространство для мысли.
Третье — натуралистичные словесные портреты.
