Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов — читать онлайн бесплатно полностью

Если бы она в конце концов появилась, кто знает, насколько сильно изменилось бы его настроение.

Тирания времени: настенные часы измеряют время, но у нашего внутреннего хронометра нет стрелок. Бывает, целые часы пролетают, как одно мгновение; бывает, минута тянется дольше, чем зима на Крайнем Севере. Романтик Кемаль старается сосредоточиться на времени, полагая, что ему станет легче: «В гробовой тишине квартиры яростно тикали часы, и я, надеясь отвлечься, принимался отсчитывать минуты и секунды». Но фиксация на времени делает ожидание еще тягостнее.

Он старается взять время под контроль, связывая его, анализируя, замедляя, ускоряя, но битва за власть над временем оканчивается лишь тем, что время все сильнее его изводит.

Вот в этом и суть отражения: герой переносит его на самого себя, обращает против себя самого. Нечего и говорить, что отражающий конфликт предоставляет рассказчику истории широчайшие возможности для диалога.

Последнее замечание: Кемаль-экскурсовод обрисовывает страсть Кемаля-романтика с сильнейшей и все же сосредоточенной на себе интенсивностью.

Когда Фюсун не приходит, он мог бы подумать: «Боже мой, что с ней могло случиться? Не поранилась ли она?» Но он этого не сделал. Вместо этого он рассек свое болезненное предвкушение удовольствия на микросекунды. Ведь у романтика, как мы говорим, все и всегда «обо мне и о себе».

18. Минимальный конфликт

Баланс текста и подтекста

Каждая реплика диалога представляет собой компромисс между буквальным значением произнесенных слов и невысказанными значениями, звучание которых в подтексте ощущают читатели/публика.

Когда баланс сдвигается до такой степени, что незначительная мотивация вызывает значительный ответ, произнесенный вслух, диалог звенит пустотой, а сцена оставляет ощущение надуманности. Вспомним определение мелодрамы из главы 6: преувеличенное выражение неясных потребностей. Как повара, которые насыщенным соусом прикрывают огрехи готовки, писатели, прибегающие к слезливой стилистике в попытке оживить вялое содержание, рискуют получить прокисший запах мелодрамы.

Когда баланс нарушается тем, что невысказанные мысли и чувства переводятся непосредственно и в полном объеме в область сказанного, мы называем такую прямолинейность письмом «в лоб». Если подразумеваемое и выражаемое значения сцены эхом отражают друг друга, подтекст обращается в текст, глубина уменьшается на глазах, звук реплик становится жестяным, актерская игра гремит, как пустая бочка.