Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
Раздел Chitat.online для книги «Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Роберт Макки Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Роберт Макки раскрывает секреты создания драматического диалога для писателей и сценаристов. Узнайте техники, как наделить слова героев голосами, чтобы они стали живыми. Книга предлагает руководство для преодоления творческих трудностей и достижения мастерства в искусстве говорения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Правдоподобие, так называемая «красноречивая подробность», используется, чтобы заполучить доверие зрителя, но она неспособна заменить художественный вымысел.
Самый страшный грех повествования — скука — убедительное подтверждение закона убывающей отдачи. Он гласит: чем чаще повторяется опыт, тем ниже его эффект. Вкус самого первого рожка с мороженым великолепен; второй рожок теряет свой аромат; от третьего может и стошнить. Так же и все время повторяющаяся фраза или прием не только теряет свое воздействие, но со временем оказывает даже противоположный эффект.
Повторение состоит из трех этапов. В первый раз артист умело пользуется техникой, достигая запланированного эффекта. Тут же повторив эту технику, он снизит эффект больше чем наполовину. Если у него хватит глупости сделать то же самое в третий раз, желаемый эффект не только совершенно исчезнет, но обернется против самого себя, превратившись в собственную противоположность.
Предположим, например, вам нужно написать три сцены подряд, и все три трагические, после которых публика должна разразиться рыданиями. Каковы будут последствия такого построения? После первой сцены публика, возможно, и заплачет; после второй зрители, может быть, будут шмыгать носами; третья же закончится под гомерический хохот. И это не потому, что третья сцена не трагичная; она, может быть, трагичнее всех остальных. Но ведь вы уже успели выдавить из публики все ее слезы, ей кажется, что вам смешно, и нелепо ожидать от нее рыданий в третий раз; вот почему она обращает трагедию в комедию. Закон убывающей отдачи (справедливый и в жизни, и в искусстве) распространяется на все виды формы и содержания повествования — желания и конфликты, настроения и эмоции, образы и действия, слова и фразы.
Повторяющийся такт пользуется дурной славой губителя первых набросков. Почему? Потому что начинающий писатель только нащупывает особый, свойственный только этому герою язык, который надежно закрепит каждое действие-противодействие одной-единственной строкой реплики-ответа. А вместо этого он повторяет то же самое разными словами, полагая, что может подменить качество количеством, теша себя иллюзией, что повторение усиливает значение. На самом же деле все наоборот. Повторение делает высказывание тривиальным.
Никаких компромиссов. Хорошие писатели роются в закромах своих знаний и воображения до тех пор, пока не найдут то, что нужно. Они пишут один черновик, другой, все время что-нибудь улучшают, противопоставляют реплики друг другу, поворачивают их то так, то сяк у себя в воображении, произносят их вслух и, наконец, записывают.
Мечтательный взгляд из окна не есть творчество. Эстетические предпочтения оживают только на бумаге.
