— Вы мне нравитесь, и этот факт ничего не изменит.
Мучительный стыд немного поутих, и она глубоко вздохнула.
Пандора неохотно повернулась к Габриэлю, который, казалось, ни капли не раскаивался в своём поступке. Он протянул к ней руки и уголки его губ приподнялись в ободряющей улыбке.
— Не улыбайся мне, — сказала Пандора. — Я на тебя злюсь.
— Я знаю, — ласково ответил он. — Мне жаль.
— Ты ещё больше пожалеешь, когда я заляпаю пальцами тебе весь перёд рубашки.
— Это стоит того. — Габриэль положил правую ладонь на её левую лопатку, кончики его длинных пальцев касались её позвоночника. Пандора неохотно приняла исходную позицию, положив левую ладонь на его руку, чуть пониже плеча.
— Нет, положи ладонь прямо мне на плечо, — сказал он, Пандора помедлила, и Габриэль добавил: — Я смогу тебя лучше поддерживать.
Они встали в закрытую позицию, Габриэль зажал её правую ладонь в своей левой. Пока они стояли друг к другу лицом, Пандора не могла не вспомнить тот момент, когда она заплутала в темноте, а он заключил её в объятия и прошептал: «Ты в безопасности, моя милая девочка». Как тот человек сумел превратиться в этого бессердечного дьявола?
— Разве расстояние между нами не должно быть больше? — спросила она, печально уставившись на его грудь.
— Не в этом стиле. Итак, на первый счёт, когда я начну поворот, сделай шаг вперёд с правой ноги и поставь её между моими.
— Но я подставлю тебе подножку.
— Нет, если будешь следовать за мной. — Он кивнул Фиби, чтобы она начала играть, и стал медленно исполнять первый поворот. — Вместо привычного счёта раз-два-три, третий шаг длинный и скользящий, вот так.
Пандора неуклюже попыталась двигаться вместе с ним. Она споткнулась, наступила ему на ногу и издала раздражённый звук.
— Теперь я тебя искалечила.
— Давай попробуем ещё раз.
Габриэль вёл её, исполняя па, которые действительно отличались от обычных повторяющихся поворотов. В первом туре они совершили только три четверти оборота, потом последовала череда шагов, а затем три четверти оборота в другом направлении. Плавные фигуры танца были очень красивыми, и, без сомнения, очень изящными, когда исполнялись правильно. Но как только они начали совершать поворот, Пандора потеряла всякое чувство равновесия, и комната закружилась вокруг неё. Она в панике вцепилась в Габриэля.
Он тут же остановился и удержал Пандору.
— Видишь? — задыхаясь, спросила она. — Всё накреняется, и я начинаю падать.
— Ты не падала, тебе только так казалось.
