Девушка, которой выпала участь стать женой Медведя, после оглашения решения старейшин выглядела так, словно ее собрались убивать. Ей совсем не хотелось становиться женой духа! Кто знает, что с ней будет?! Вот только выбора племя ей не предоставило, поэтому она могла лишь смириться. Одно успокаивало – если Медведь согласится, то ей больше не придется голодать.
Как только температура на улице стала более приемлемой, все племя собралось и снялось с места. На этот раз они решили, что прогнать их не сможет даже самый злобный из всех Великих духов на свете. Люди готовы были бороться за лучшую жизнь до конца! Они успешно убедили себя, что Медведь жив. А как иначе? Разве дух может вот так просто умереть? Нет, не бывало еще такого. А значит, надежда есть!
***
Когда Лена узнала, зачем пришли соседи, то на некоторое время впала в ступор.
Медведь не далеко от нее ушел. Он с недоумением смотрел на стоящую в шаге от него женщину. Она выглядела так, словно никак не могла решить: бежать ли прямо сейчас или все-таки подождать немного.
Женщина была молодой и очень красивой по стандартам, к которым с детства привык Медведь. Он хорошо ее помнил – все-таки ему довелось прожить в старом племени всю жизнь. А еще он помнил, что у нее был муж, но, судя по его отсутствию, с ним что-то случилось. Возможно, погиб на охоте минувшей зимой.
Однако, несмотря на всю прелесть и красоту женщины, Медведь не собирался брать ее в жены. Для начала жена у него уже была. И он не намеревался менять ее. А еще он уже отвык от грязного тела и неприятного запаха, который сейчас буквально источали все пришедшие люди. И красавица не была исключением.
Если говорить прямо, то Медведю, после стольких месяцев, прожитых с аккуратной и чистоплотной Леной, смотреть на нечесаную и покрытую грязью женщину было откровенно неприятно.
И никакая красота не спасала.
– У меня есть жена, – после долгого хмурого молчания произнес Медведь.
Старики, стоящие позади мявшейся от страха женщины, встрепенулись.
– Можно две, – мгновенно заверил Медведя один из старейшин.
Именно ему идея двоеженства понравилась больше всего. Старик вспоминал свою молодость и очень горевал, что в то время никто не додумался до подобного.
– Можно? – удивился Медведь. Он никогда не слышал, чтобы подобная практика существовала в племенах. Хотя из памяти Ивейна он знал, что такое положение вещей действительно бывает.
Вот только это не значило, что он собирался делать что-то похожее.
Скосив взгляд, он заметил, как перекосилось лицо Елены."
"Да, что-то подсказывало, что его жена никогда не примет такого порядка. А он слишком любил и дорожил ею, чтобы причинять подобную боль.
Елена Николаевна хмуро глянула на мужа.