Автор
В тени ржавого за防卫壕, Мышка держит ружье, окутанный клубами пепла и отдающей сталью. Каждый выстрел кажется последним — враги рядом сражаются на равных. Здесь царят лишь дикие войны: темнота, холодный дождь и вечная борьба за выживание.
Добравшись до участка, парень прямым ходом поднялся на второй этаж и, для виду стукнув в дверь, нажал на ручку. Сидевший за столом урядник, увидев его, жестом указал на стул и, тяжело поднявшись, протопал в угол, где стоял большой, тяжеленный даже на вид сейф, который не запирался по причине сломанного замка. Распахнув дверцу, урядник достал из него небольшой ящик и, поставив его на стол, задумчиво сказал:
— Вот, значит, Миша. Пришла нам в участок посылка. Но на крышке написано, что для тебя. И как прикажешь это понимать?
— Дозвольте глянуть, что внутри, — настороженно попросил Мишка, не понимая, что это может значить.
— Ну, глянь. Я его без тебя вскрывать не стал, — кивнул урядник, делая шаг в сторону.
Выхватив нож, Мишка одним движением вогнал его под крышку и, чуть нажав, оторвал её к дьяволу. В ящике, обложенный соломой, лежал небольшой лакированный сундучок. Вынув его, парень осторожно поставил сундучок рядом с ящиком и, убедившись, что в ящике больше ничего нет, откинул скобу замочка на сундучке.
Выхватив бумагу, он развернул её, с интересом вчитавшись в строчки, написанные ровным, каллиграфическим почерком:"
"«Господин Халзанов, компания „Блюмштейн и сыновья“ приносит вам свои извинения за задержку направления к вам заказанного вами товара и очень надеется, что это не станет предметом вашего недовольства качеством оказания наших услуг. С огромным уважением и благодарностью, Савелий Блюмштейн».
«Савка, чёрт хрипатый! Добрался-таки до дому», — с улыбкой подумал Мишка и, повернувшись к уряднику, сказал:
— Вы простите, дядя Николай, что пришлось на этот адрес посылку выписывать, но сами знаете, почты у нас толком нет, а на деревню никто ничего высылать не станет, потому как толком и не поймёшь, куда слать. Прицел это. Я уж и не чаял, что получу его. Думал, даром только деньги потратил. Да вы сами гляньте. Это же мастерской Карла Цейса прицел. Шестикратный.
— Да вижу уж, — отмахнулся урядник с заметным облегчением. — И куда тебе ещё прицел? И так стреляешь, только успевай удивляться.
— Это, дядя Николай, на дальние расстояния стрелять. Когда и зверя-то толком не видно, — быстро пояснил парень, упаковывая всё обратно и подхватывая ящик в руки. — Всё. Пойду я. Уж простите за беспокойство.
— Ступай, баламут, — добродушно отмахнулся урядник. — Ты в следующий раз хоть предупреждай. А то не знал, что и думать.
