Автор
Девушку звали Викторией, она двигалась по аллее как будто в своем собственном мире. Сад был маленький, но казался еще теснее благодаря утоптанному снегу и густым кустарникам. Уютная особнячная усадьба выделялась среди окруживших ее современных построек, будто приглашая на прогулку в лес. Кроваво-красные холсты надписей на стенах добавляли атмосферы загадочности и неотвратимости времени....
И теперь она пыталась отгородиться этими холодными фразами, как щитом, но Дункан неумолимо продолжал:
– Арчи признался, что наговорил тебе всякого вздора, но он ошибается…
– Нет! – перебила Сабрина. – Я едва не возненавидела его, но он прав, мы…"
"– Помолчи, дай мне закончить, – мягко пожурил ее он. – Верю, что у деда были самые благие намерения, но пока он еще не умеет читать мысли. Я действительно как-то обмолвился, что мы с тобой всего лишь друзья, и в то время это было правдой.
Она не представляла, совсем не представляла, как это больно, особенно еще и потому, что безмерно жаждала ему поверить, но… не могла. Арчи лучше знать. Дункан действительно старается удержать ее при себе, а другого способа не знает. Сам только сейчас сказал, что ни с кем у него не было такой душевной близости. Она его лучший друг, а лишь потому, что родилась женщиной, Дункан пытается придать их отношениям иной смысл.
Сабрина отвернулась к огню.
– Так вот оно что… – печально произнесла она. – Ты только сейчас понял, что я не всегда буду рядом. Тебе нельзя навещать меня в любое время суток, будить среди ночи, чтобы поделиться мыслями, и…
Ее взволнованную тираду перебил веселый смешок. Сильные руки обвились вокруг талии. Сабрина ахнула. Когда успел Дункан незаметно подобраться сзади?
– А что, по-твоему, сейчас, как не середина ночи?
– Ты понимаешь, о чем я! Нельзя же каждую ночь лазать по деревьям! И соседи начнут сплетничать о нас, если начнешь каждый день приезжать сюда! Но тебе и без меня это известно, потому…
Но Дункан крепче стиснул ее талию.
– До чего же ты упряма, Сабрина! Ничего не поделаешь, скажу прямо. При каждой встрече мне хочется заключить тебя в объятия и ласкать до потери сознания.
