Автор
В утреннем порыве тоски и неудачи каждый начинает день с паcсаля. Но наш герой Милен, по сути, дикарь из глубинки, умеет преодолевать препятствия безошибочно, как в игре на выживание. Это курс для мажорки, где каждый новый день становится новым заданием для перехитрения обстоятельств и ослепления их в тени реальности....
Бе-ре-мен-на!
– Мил, – смотрит то на полоску, то на меня Миша. – Мил, девочка моя, – притягивает к себе и, поглаживая по спине, целует в макушку. – Ты расстроена? – спрашивает осторожно.
Шмыгаю носом и поднимаю на него зареванные глаза.
– С ума сошел?! – смотрю в любимые карие. – Я безумно рада! А… а ты? – закусываю губу в ожидании ответа.
– Самый счастливый, – улыбается. – Самый! – прижимает к себе.
Так мы и стоим, не знаю сколько времени. Да хоть целую вечность, главное – только с ним. Родным.
– Отпуск отменяется, кажется, – выдаю свои сомнения.
– Угу, кажется. Придется собирать родню.
– Как ты понял, Миш?
Мы перебираемся в спальню. Я укладываю голову на грудь мужа. Пока тошнота отступила, хочется выдохнуть и осознать происходящее. В голове до сих пор не укладывается: я скоро стану мамой. А Миша папой. Обалдеть.
– Наблюдаю за тобой весь день. Смотрю, налегаешь на колбасу. А потом у деда с бабкой на арбуз накинулась…
– Это странно, по-твоему?
– Не это, а то, что ты их то и дело зажевывала его чем-то соленым.
– Угу, – вздыхаю, зажмуриваюсь. – А я этого даже и не поняла, представляешь?
Миша посмеивается тихонько. Обнимает крепко и утыкается губами в мою макушку.
– Милка моя… девочка моя…
Я укладываю ладошку на свой плоский живот и представляю, что там уже живет наша с Мишей горошинка. Как скоро эта горошина начнет расти. Потом у нашего ребеночка появятся маленькие хорошенькие ручки и ножки. Уф… слезы снова непроизвольно начинают бежать по щекам.
– Люблю тебя, принцесса, – шепчет мне куда-то в волосы.
А я жмурюсь от окутывающего меня счастья.
Эпилог. Милка
Четыре года спустя…
– М, один купальник, – аккуратно складываю в чемодан изумрудное бикини, – второй, – красный закрытый, тоже пригодится, – так, третий, как у Яськи, и четвертый…
– Мы повезем отдельный чемодан купальников, принцесса? – заглядывает в гардеробную муж. Подпирает плечом косяк, посмеиваясь.
– То есть, предлагаешь вот этот не брать? – разворачиваюсь, с улыбочкой демонстрируя соблазнительное веревочное безобразие, которое скорее все открывает, нежели наоборот. Это даже и не купальник, на самом деле. Эротичное, почти прозрачное белье с бантиками на сосках и трусиками в сеточку. Горячая вещичка!
Миша меняется в лице:
– Ты собралась в таком щеголять перед родителями? Пожалей старость. Деда тяпнет инфаркт!
– Дурак, что ли? – закатываю глаза.
