Слуги, моющие и натирающие его сандаловым маслом, вдруг посерьезнели, обернули в белое дхоти, и принц направился ужинать в свои покои.
Поев и отдохнув, он пошел на женскую половину. До сих пор он еще не поздоровался с женой, но с этим можно подождать до утра. А пока принц думал только о том, как станет узником меж двух нежных, но крепких ног. Он прошел дверь в покои Ясаман и двинулся дальше, но там, где раньше находился вход в гарем, теперь была монолитная стена. Ямал-хан подумал, что слишком увлекся своими мыслями и зашел дальше, чем следовало, но, оглянувшись, разглядел лишь одну дверь в женскую половину — через комнаты Ясаман.
— Позови старшего управителя, — приказал он одному из охранников, стоящих у дверей Ясаман.
Воин убежал, а принц стоял, не проронив ни слова, пока через минуту не появился Адали. Одежды евнуха развевались, по всему было видно, что он всю дорогу бежал. Подметив это, Ямал-хан остался доволен.
— Господин звал меня?
— А где вход в гарем, Адали?
— Этот вопрос вам лучше обсудить с принцессой, господин, — вежливо ответил управляющий.
— Но я спрашиваю тебя, — процедил Ямал-хан.
— Не знаю, что и ответить господину. — Адали чувствовал себя явно неудобно. — Все же лучше поговорить об этом с принцессой.
— Сегодня вечером я не желаю встречаться с твоей госпожой. — Гнев все явственнее искажал лицо принца. — А рассчитываю позабавиться в гареме. Но двери в гарем нигде нет.
— Потому что нет самого гарема, — услышал он ответ Ясаман.
Ямал-хан обернулся. От неожиданности слова вряд ли дошли до него.
— Входи, господин. — Девушка потянула принца в покои и закрыла за ним дверь. Он тут же понял, что они одни и что выглядит она сегодня особенно привлекательной. Ткань черной шелковой юбки, испещренной золотыми звездочками, была настолько прозрачной, что сквозь нее просвечивали стройные ноги принцессы. Блузка с расшитым золотом воротником и рукавами так облегала груди, что из-под черного шелка проступали соски."
"Ямал-хан огляделся. Что-то вокруг изменилось. Это была уже не спальня, а салон с удобными диванами, большими подушками, столами из черного дерева, выложенными перламутром, медными сервировочными столиками, красивыми светильниками из красного стекла с медью, висящими и установленными на медных основаниях. Яркий голубой с золотистыми перьями попугай Ясаман с любопытством смотрел из угла, а рядом сидела его миниатюрная хранительница Бална и вышивала будущую шелковую покрышку для клетки. На диване, как обычно, полулежа растянулась Фу-Фу, а рядом устроился подаренный им к свадьбе черный котенок. Даже обезьяна Баба находилась здесь и, чистя какой-то фрукт, подозрительно взирала на принца. Все выглядело уютным. Пожалуй, он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь здесь было так красиво.