— Эти дома не ее, чтобы она могла их раздавать. Хотя много лет мы собирались оставить их ей, но на самом деле она в них не нуждается. Твой отец, Сибилла, решил не жить в Англии. А ты, я слышала, собираешься стать женой графа Гленкирка и тоже останешься в Шотландии. А Жасмин внучка мне по крови, и ей нужен дом.
— Как и раньше, его двери будут всегда открыты для всей семьи, — попыталась успокоить Жасмин Сибиллу.
— Как это мило, — едко заметила Сибилла. — Но если ты думаешь, что я хоть раз появлюсь в этом доме, когда он станет твоим, ты глубоко ошибаешься. И в Гринвуде тоже. Нечего, чтобы мое имя трепали рядом с именем незаконнорожденной иностранки, даже если она и ребенок моей матери.
Жасмин побелела, но прежде чем кто-нибудь из гостей успел вымолвить слово, ответила:
— Я законная дочь правителя Индии, а ты, хоть и родилась в Англии, но от внебрачной связи дочери серебряных дел мастера и мужа моей матери. Кто ты в таком случае?
— О-о-о! — Сибилла зло топнула ногой, все ее золотистые кудряшки затряслись.
Жасмин рассмеялась. Сибилла хоть и раздражала ее, реакция девочки ей показалась глупой.
— Папа! — закричала дочь Гордона. — Эта незаконнорожденная еще и смеется надо мной. Заставь ее немедленно перестать! Я этого не потерплю!
Жасмин подошла и ударила ее по щеке.
— Если ты еще раз скажешь это слово, — предупредила она сводную сестру, — я выцарапаю твои голубые лупешки.
Сибилла вскрикнула, ярость овладела ею. Она Сибилла Александра Мери Гордон, дочь графа Брок-Кэрнского. А девчонка перед ней — никто. Никто!
— Отец официально удочерил меня, ты незаконнорожденная! Жасмин снова ударила ее по щеке, на этот раз сильнее.
— Я предупреждала тебя не говорить этого слова. Официально удочерить еще не значит исправить низкую кровь, которую ты, без сомнения, унаследовала от матери.
— Вот моя мать! — Сибилла указала на Велвет.
— Нет. Это моя мать, — ответила ей Жасмин.
— Прекратите обе сейчас же, — вмешалась Скай. — Ты начала эту свару, Сибилла, а ты, Жасмин, кончаешь. Велвет — мать вам обеим. Она родила Жасмин, а Сибиллу вырастила с пеленок. Извинитесь друг перед другом. Я не потерплю, чтобы из-за глупых пререканий раскололась семья."
"— Извиниться? Перед ней? Никогда! — выпалила Сибилла.
— Вряд ли мне следует извиняться за то, что я говорила правду, — сердито ответила бабушке Жасмин.
— Незаконнорожденная! — снова зарычала Сибилла. Жасмин повалила сводную сестру на ковер, уселась на нее и принялась колотить крепко сжатыми кулаками. Она преподаст этой маленькой негоднице урок, который та никогда не забудет. Как осмелилась она так ее обзывать? Незаконнорожденная? Нет, она не была незаконнорожденной. Она дочь Могола! Сибилла завизжала и стала отбиваться. Она была достойным противником и дралась с яростью.