Автор
Великий Могол Индии Акбар (1556—1605) ведет загадочную жизнь: он любит мать, жену и детей разными способами. Сюжет о Жасмин, дикарке-рабыне, которая превращается в красавицу и затем — в императрицу, ставя под угрозу гармонию его королевства. Мрачный шарм древнего Индии и непостижимые тайны любви делают эту историю эмоциональной и запоминающейся....
"
"Она заботливо уложила его в постель, укрыла одеялом и положила к ногам завернутые во фланель кирпичи. Она кормила его легкой питательной едой, поила сиропом от кашля из вишни и хинной коры. К своему удивлению, через несколько дней Генри Стюарт почувствовал себя гораздо лучше. Настолько лучше, что, когда восемнадцатого сентября у Жасмин начались схватки, он решил присутствовать при родах.
— Я никогда не видел, мадам, как появляются на свет дети, — сказал он Скай. — Ради Бога, как это выглядит? Смогу я утешить любимую во время родов?
— Скажу вам откровенно, милорд, — начала госпожа де Мариско, — рождение ребенка дело болезненное, шумное и кровавое.
— Ведите меня, мадам, — прервал ее принц и последовал за Скай к постели Жасмин.
Он нашел любовницу в спальне, бледную, всю в каплях пота. Нервно, с распущенными волосами она вышагивала по комнате.
— На этот раз все кончится быстро, — обратилась она к бабушке, даже не замечая принца. — Я это чувствую. Ребенку не терпится родиться.
— Тем лучше, — проронила Скай и окинула комнату взглядом, чтобы убедиться, все ли готово. Стол для родов стоял на месте, рядом много чистых простыней, вода. Тут же колыбель и пеленки.
— Ox, — закричала Жасмин и от боли согнулась пополам.
— Помогите мне положить ее на стол, милорд, — попросила Скай.
— С ней все в порядке? — забеспокоился Генри Стюарт.
— Насколько может быть в порядке женщина во время родовых мук, — удивилась его вопросу Скай, но похвалила за то, как аккуратно и бережно он положил Жасмин на стол. — Встаньте сзади, милорд, и обхватите ее руками, — учила она принца. — Ей потребуется вся ваша сила.
Генри Стюарт обнял Жасмин, как велела госпожа де Мариско, и, склонившись, что-то ободряюще зашептал, потом стал поглаживать нежными руками живот. Казалось, он чувствовал, что нужно делать, и, ободренная его присутствием, Жасмин принялась за работу — изо всех сил выталкивать ребенка на свет.
— Головка! — воскликнула Скай.
— Адали! — вскричал Генри Стюарт. — Займи мое место!
Адали, повинуясь, ринулся к нему, а принц, обежав стол, присоединился к Скай.
— Боже, — прошептала она. Этого ей только не хватало. При виде крови, да еще ослабленный болезнью, он сейчас упадет в обморок. Но, к ее удивлению, принцу не стало плохо. Наоборот, он с интересом наблюдал за родами, ободряя Жасмин.
