Автор
Великий Могол Индии Акбар (1556—1605) ведет загадочную жизнь: он любит мать, жену и детей разными способами. Сюжет о Жасмин, дикарке-рабыне, которая превращается в красавицу и затем — в императрицу, ставя под угрозу гармонию его королевства. Мрачный шарм древнего Индии и непостижимые тайны любви делают эту историю эмоциональной и запоминающейся....
Я знаю, как ты любила Генри Стюарта, и искренне тебе сочувствую. Но как ни горюй, принца не вернешь. Ты потеряла любовника, а Англия потеряла величайшего короля будущего. Любовника можно найти другого. Не так легко, но можно.
А вот будет ли способен маленький принц Карл занять место брата? Генри Стюарт был крепок и полон жизни. А принц Карл — болезненный ребенок. Что, если мы потеряем и его, а королева больше не способна рожать? Прошло уже пять лет с тех пор, как у нее умерла маленькая принцесса. Думаю, нам всем следует молиться, чтобы Бог сохранил принца для нас и Англии.
Подошло Рождество, но Жасмин не могла веселиться. Она уединилась со своим горем в комнатах, чтобы не мешать детям веселиться. В марте Индии исполнялось пять лет, и для своего возраста она была необыкновенно смышленой.
— Тебе грустно, мама, потому что умер принц Генри? — как-то спросила она.
— Да, — ответила Жасмин, отворачиваясь от Индии, чтобы та не видела ее слез.
— Он отправился на небо и увидит моего папу?
Жасмин кивнула.
— У нас нет теперь папы, — сказала Индия. — Ни у одного из нас.
— Нет, — согласилась с дочерью Жасмин. — Ни у одного.
В середине января в Молверн прибыл еще один королевский гонец с посланием для вдовы маркиза Вестлея. Ей приказывали приехать в Лондон к четырнадцатому февраля на свадьбу принцессы Елизаветы. В другом случае свадьбу отложили бы из-за смерти принца Генри, но жених жил в Англии слишком долго и не мог больше оставаться. Поэтому сочли разумным отпраздновать королевский союз и благословить новобрачных, чем отпускать принца Фредерика V домой, а потом заставлять приезжать снова.
— Хэл одобрил бы это решение, — сказала Жасмин, и Скай согласилась с ней. — Принцесса так взволнована предстоящим браком.
— Что ты наденешь? — заинтересовалась бабушка. — В трауре тебе появляться нельзя. Все-таки это свадьба. Хотя недавно и произошла трагедия. Что скажешь о рубиново-красном бархате?
Жасмин покачала головой.
— Нет, я надену черное, — заупрямилась она.
— У тебя есть прелестное темно-синее платье, — продолжала Скай, не обращая на внучку внимания.
— Я надену черное, — не сдавалась внучка.
— Черный бархат с серебристыми кружевами? — безнадежно спросила госпожа де Мариско.
— Черный бархат без выреза с белым кружевным воротником, — упрямо твердила Жасмин. — Нечего мне выставлять себя напоказ.
— Черное с серебром больше подходит для свадьбы, дорогая, — уговаривала внучку Скай.
