Автор
Великий Могол Индии Акбар (1556—1605) ведет загадочную жизнь: он любит мать, жену и детей разными способами. Сюжет о Жасмин, дикарке-рабыне, которая превращается в красавицу и затем — в императрицу, ставя под угрозу гармонию его королевства. Мрачный шарм древнего Индии и непостижимые тайны любви делают эту историю эмоциональной и запоминающейся....
В исламе много хорошего, так же как и в христианстве, религии Кандры, или в иудаизме. Я знаю учение Заратустры, Будды и Джайны. Мне нравится индийский обычай не вредить ничему живому. Но ни одна религия не увлекает меня. Кто может судить, что на самом деле истинно, кроме, быть может, самого Бога?
— Твой жених исламской веры, — напомнила дочери Ругайя Бегум. — И в этой вере он будет воспитывать сыновей.
— Но и я буду учить их тому, что поняла сама, — ответила Ясаман. — И в конце концов они, как и я, сделают свой выбор.
— Даже Салим предпочел ислам, несмотря на отца. А ведь его мать Иодх Баи — индуистка, — проговорила Ругайя и тут же пожалела об этом, потому что вовсе не хотела напоминать дочери о брате.
— Кстати, а где мой брат? — тут же подхватила девушка. — Я не видела его два дня с тех пор, как ты, папа и он посоветовали мне согласиться на этот брак.
Женщина вздохнула:
— Брат по поручению отца уехал на юг, в Мевар, по делам империи.
— И не вернется к моей свадьбе? — Лицо девушки выражало и возмущение, и разочарование.
Ругайя Бегум решила с ней не спорить."
"— Кому-то нужно было ехать в Мевар: или Салиму, или отцу. Я знаю, как вы с братом цените друг друга, но ведь и отец тебя любит. Разве ты можешь отказать старому человеку в удовольствии увидеть, как выходит замуж его младшая дочь? Салим это понял.
Но Салим не понимал, и Ругайя Бегум об этом не знала.
— Что происходит? — возмущался он, близкий к тому, чтобы открыто показать свой гнев и непокорность. — Ясаман внезапно выдают замуж, и в это самое время я должен ехать, — жаловался он отцу и тетке.
— Решают, — неумолимо отвечал Акбар. — В Меваре беспорядки. Ты должен ехать, Шайкхо Баба, и предотвратить их распространение. Сам знаешь, сколько хлопот мне доставляет Мевар. Как бы ты сам поступил, если бы сидел на моем троне? Отложил бы развлечения, чтобы выполнить долг перед Индией и империей?
— Ну что ж, я поеду, если это так важно, — резко сказал Салим, а про себя подумал: «Зачем им так нужно удалить меня отсюда?""
Притворившись, что не обижен, Акбар рассмеялся:
— Вот зачем старику нужны наследники, Шайкхо Баба! Когда-нибудь и ты будешь вести себя с Хушрау, как я с тобой.
— А почему бы Хушрау не поехать в Мевар? — резонно заметил Салим. — Ему уже шестнадцать. Пора начинать учиться, ведь он мой наследник.
