— Это дело серьезное! — предупредил их Гарик, — Гораздо серьезнее, чем вы себе представляете! И проколов в нем я не потерплю! Как свеженькие огурчики, я хотел выразиться! Кстати, казенные деньги брать с собой не обязательно, — предупредил он Батона, — там, куда вы идете, они вам не понадобятся!
— Ну, от коммунизма наша страна почему-то вдруг отказалась, — пробормотал Батон, когда за Гариком закрылась дверь, — а к развитому капитализму с нынешним правительством мы вряд ли скоро доковыляем, так что я на всякий случай отмусолю тонн двести, а? — обернулся он к Шнифту.
— Я пас! — ответил тот, выкладывая деньги в ящик стола. — А ты можешь сыграть на мизере.
— Козырей нет, все у Гарика! — ответил с тяжелым вздохом Батон, суя туда же и свои «казенные». — Ладно, пошли просто подышим морским воздухом!
И они направили свои стопы в вечерний «Интим»…
Едва завидя их, Юлька и Инеска выскочили из-за прилавка и с визгом повисли у них на шеях, целуя куда попало. Одна посетительница, в летах, с интересом изучающая гонконгский презерватив с винтообразной присадкой, шарахнулась в сторону, шокированная таким проявлением сексапильных чувств. Затем вцепилась в Инескин рукав.
— Сколько стоит этот… — замялась и нашлась, наконец, — …вещь?
— Дорого, бабушка, но ради наших друзей… — Инеска схватила с полки яркую коробочку, — на, трахайся бесплатно на здоровье!
Дама хотела было обидеться на «бабушку», но, сопоставив в уме стоимость обиды и целой упаковки «вещей», предпочла последнее — молча вышла, изо всех сил стараясь походкой показать свою полную еще пригодность к «этому делу».
— Ей-Богу, стоило провести в каком-то дерьме месяц, чтобы тебя потом так встретили! — растроганный Батон с трудом отодрал от себя прилипшую Юльку, затем легко поднял ее и поставил, словно фарфоровую статуэтку, на прилавок. Остальные посетители «Интима» дружно зааплодировали: зрелище было действительно необычным.
— Господа! — обратилась к ним Инеска. — Может быть, вы на сегодняшний вечер зажмете в кулак свои сексуальные наклонности? Магазин закрывается ввиду торжественного приема наших долгожданных гостей!
И все дружно повалили наружу.
— А как же выручка? — спросил у Юльки Батон, помогая ей опустить на витрину металлическую штору.
— Гарик звонил, приказал вас встретить! — ответила та. Этим было сказано многое.
Лина, в отличие от Юльки и Инески, встретила гостей сдержанно-приветливо: не пристало заведующему солидным казино на людях облизываться с мужиками, — и, лишь заведя их в свой кабинет, дала волю чувствам.
— А где Айс? — отдышавшись после затяжного поцелуя со Шнифтом, спросила она.
И тихо, без криков, заплакала, когда ей рассказали о его гибели. К ней дружно присоединились сестры.