«Нашли же ценность для охраны — плантации наркоты! — думал Айс, расставляя своих людей по постам, — Нет, здесь не придурки собрались, здесь все государство, похоже, уголовно-криминального характера!»
А вечером приехал комбат Саркисян и, собрав своих подчиненных, долго им рассказывал о ценности и стратегической важности района Мартуни, который собирались брать штурмом для Арцаха. Затем поставил задачу: не допускать малейшей активности азеров в нейтральной зоне, используя все возможности дневной и ночной оптики комплекта СВД. В конце этой беседы он говорил о чем-то еще с каждым из солдат в отдельности как с братом, отводя его в сторону. Суть этих «интимных» бесед Айсу так и не довелось узнать. Позже он получил ориентировку технической разведки о планируемом выходе группы азеров в нейтральную зону. Спешно выдвинул трех снайперов с ночной оптикой, четвертую винтовку снарядил для себя и тоже ушел на позицию, оставив позади пятого солдата в резерве с последней СВД: у нее барахлила оптика — «размывало» изображение.
Около двух часов ночи в зоне огня один из снайперов зафиксировал группу противника и по «Alinco» доложил Айсу. Тот мгновенно скорректировал цели для остальных винтовок и вызвал резерв. После его команды в ночной тишине прогремел залп из четырех винтовок, и четверо азеров упали на землю. А остальные, отстреливаясь из автоматов, бросились врассыпную по полю, подрываясь на своих же минах.
В грохоте взрывов никто не обратил внимания на одиночный, характерный хлопок СВД с линии армянских постов… Олег Грунский, по кличке Айс, лежал на земле с кровавой раной в затылке, а чьи-то сильные руки оттаскивали его тело подальше от винтовки — чтобы никто не понял, откуда прилетела пуля.
— Ну что, отлетался, русачок? — раздался в темноте злорадный голос.
Через час тело Айса на штабном УАЗе отвезли в морг Степанакерта, а через два — генерал-майор Зиневич лично подписал сообщение его родителям в далекий город Ростов:
«Ваш сын, Олег Николаевич Грунский, пропал без вести при обороне границ Нагорно-Карабахской республики…» — это чтобы не выплачивать посмертную страховку…
Казарян появился в комнате Гарика в измятом костюме, весь какой-то дерганый, с осунувшимся лицом.
— Ты откуда? — встретил его приветствием хозяин виллы.
— С самолета, откуда же еще! — огрызнулся майор.
— А это… Сонька где?
— В Ростове, наверное, — майор взглянул на часы, — вечерние чаи гоняет с родителями этого… Айса! Или телевизор смотрит!
— Что случилось? — подскочил в кресле Гарик.
