Андрею происходящее нравилось все меньше и меньше, он, наконец, сообразил, что ему так резануло глаз в облике остановивших их людей. Если тот, что шел к машине, был одет в какой-то военного вида темно-зеленый комбинезон, то державший их на прицеле в одежде держался гораздо более простого стиля, предпочитая неудобной форме заношенные спортивные штаны и дранные резиновые шлепанцы-вьетнамки. Глядя на подобный прикид, в то, что перед ними солдаты регулярной армии верилось все меньше.
Подошедший пулеметчик обменялся с водителем несколькими фразами на местном диалекте, из которых Андрей понял лишь слово «ООН», сопровождавшееся тычком пальца в его сторону. Пулеметчик отреагировал на это сообщение весьма живо, перейдя на ломанный французский:
— Надо показать мне документ!
— Надо, так надо, — пожал плечами Андрей, вынимая из нагрудного кармана куртки упакованную в пластик ООНовскую айдишку.
Пулеметчик долго вертел ее в корявых мозолистых пальцах, придирчиво рассматривал фотографию, сличая ее с оригиналом, деловито читал текст, причем у Андрея сложилось явственное впечатление, что при чтении он держал документ вверх ногами, усердно шевеля губами, будто проговаривая про себя каждое прочитанное слово.
— Богданов Андрэ. Это быть ты?
— Это быть я, — невесть зачем подделываясь под исковерканный французский проверяющего согласился Андрей.
Водитель быстро-быстро залопотал на своем птичьем наречии, упреждая ответ Андрея, но пулеметчик лишь досадливо махнул на него рукой, заставляя заткнуться и прищурившись, заявил:
— Здесь платный дорога. Мы охранять. Ты платить. Пятьсот США доллар.
Андрей так и замер на месте с разинутым ртом, для него только недавно прибывшего из полуголодного армейского гарнизона, пятьсот долларов были достаточно большой суммой, просто так отдавать которую он не собирался. Хотя подъемные деньги в местных франках конечно при нем имелись и, пожалуй что, даже в большем размере по курсу.
Водитель вновь что-то попытался объяснить часовому, но тот уже с угрозой качнул пулеметным стволом в его сторону.
— По какому праву! Я представитель международной организации, — возмущенно воскликнул Андрей, чувствуя, как противный липкий холодок страха зашевелился под ложечкой, мешая строить фразы четко и уверенно.
Внимательно оглядев его, чернокожий снисходительно кивнул.
— Хорошо. Если организация, тогда триста США доллар. Как это? Скидка, да? Точно, скидка!
Обреченно вздохнув, Андрей полез было в карман за бумажником, понимая, что просто так из лап дорожных рэкетиров им не выбраться, но был остановлен жестом водителя. Обменявшись с пулеметчиком парой слов, тот вытянул из кармана мобильник и, быстро натыкав номер, затараторил в трубку.