Автор
ФЕЛИКСРазлетаюсь на ошмётки. Смотрю перед собой и не могу сделать вздох. Грудь тисками сдавливает, сердце жжёт — будто обливают кипятком. Всё это монтаж! Уля не могла… Это ложь! Но углубляясь в просмотр фото, надежда уходит в бездну. Что за трусость меня привела к этому? Прогулки по вершинам власти, статуса и богатства — всё это было моим миром до встречи с Улей....
Чёрт дёрнул меня заявиться к Молчанскому-старшему на порог.
«Видел вашу дочь. Понравилась. Прошу у вас позволения пригласить её на ужин.»
Тот вскинул брови, потёр нижнюю губу, блеснул глазами, да и согласился. Долго себя ждать я не заставил, подъехал днём к университету и вышел навстречу ничего не подозревающей Ульке.
Помню, она сильно удивилась и отклонила моё предложение. А как услышала, что я заручился поддержкой её отца, так и вовсе нахер послала. В очень грубой форме.
Стоял, как оплёванный и крутил шестерёнки в голове – такую дикарку просто так не возьмёшь.
Так и вышло. Потрепала она мне нервы знатно. Вынесла весь мозг. Больше года носился за ней. Долбил, как дятел – «Люблю, не могу, мать твою!!». Егоза хвостиком виляла и средний палец мне показывала. А потом я заболел и слёг с температурой. Да так накрыло, что в бреду находился. А когда в себя пришёл, то пот со лба мне холодным полотенцем вытирала Ульяна.
Смешно.
Как я был счастлив тогда. Влюблён бесповоротно. Смотрел на ангела и таял в ней.
А сейчас… сейчас я неотрывно смотрю на выходящую из автомобиля Улю и понимаю, что внутри взрывается ядерная бомба.
Кажется, что во всём мире закончился кислород и вздохнуть я смогу только рядом с ней.
Ульяна вместе с братом здороваются с другими пришедшими, скупо принимают соболезнования. Продвигаюсь ближе, но продолжаю прятаться. Столбенею, когда они останавливаются неподалёку от меня. Воочию она ещё красивее, чем на фотографиях.
Боже, я же все её родинки наперечёт знаю, каждый изгиб, любую черту лица распознаю.
Но она изменилась. Что-то невидимое её охраняет. Она абсолютно закрыта.
Теряюсь, словно сошедший с орбиты спутник. Границ она понаставила даже больше, чем я предполагал.
Ульяна словно статуэтка. Изящная, хрупкая, но при этом царственная. Держит осанку, взглядом режет, как болгаркой. В своё поле никого не пускает, брат отдувается."
"Пялюсь, как маньяк. Не дыша.
