Автор
ФЕЛИКСРазлетаюсь на ошмётки. Смотрю перед собой и не могу сделать вздох. Грудь тисками сдавливает, сердце жжёт — будто обливают кипятком. Всё это монтаж! Уля не могла… Это ложь! Но углубляясь в просмотр фото, надежда уходит в бездну. Что за трусость меня привела к этому? Прогулки по вершинам власти, статуса и богатства — всё это было моим миром до встречи с Улей....
Сердце взрывами петард отбивает. Я забыл уже, что так бывает. Я себя вдруг мужиком почувствовал. Женщину учуял. Свою женщину. И ребёнка… часть меня.
На неведомом мне инстинкте внушительной силой наполняюсь. Достигаю таких широт в душе, о которых даже не знал. Уверенность с таким разгоном множится, что заметно здоровею крепостью характера.
Я отец семейства, чёрт побери!
Мурашки зримым полотном всё тело в плен берут. Встряхиваю руки. Друг всё это время пристально считывает мои хаотичные эмоции, насмешливо мотает головой:
– Если семью вернёшь, Феликс, то я буду искренне рад! Никогда не желал тебе той же участи, что и у меня! Без души жить невыносимо…
Столько лет прошло! А друг всё ещё живёт призраками прошлого… я и малой доли не хлебнул того, что он испытывает.
– Скучаешь по ним? – веселье сменяется тоской, дышу через раз.
– Каждый день. – зависает на пару мгновений, но за это время в его глазах прокручивается целая плёнка, где когда-то у него были живыми жена и дочь и он был совершенно другим. Одно моргание и он возвращается в реальность:
– Я так понимаю, ты произвёл фурор? Молчанские там топорами в тебя не кидались?
– Намеревались! – посмеиваюсь, вспомнив перекошенное лицо Кости.
– А Уля?
– Не успел понять… да и не надо мне это! Сегодня-завтра я верну этого урода домой!
– Что надумал?
– Да пока по мелочи! – отмахиваюсь, но говорю с энтузиазмом.
– Ну а дальше? В дверь Молчанских постучишь?
– Хуже! Выведу Ульку обманным путём! Нечестным! – интригующим тоном, чтобы побесить друга неизвестностью.
– Нарвёшься же. – уже и не рвётся копать, знает, что всё равно меня спасать придётся.
Улька физически не ударит, но нутро мне в ошмётки разнесёт. Опрокинет, как не подлезь.
– Пусть так! Только не равнодушие… – уповаю хоть на какую-нибудь её реакцию. Открываю свой мини-бар, достаю коньяк.
– Помянем, скорее… Нас обоих! Я как обычно, с тобой на передовой!
– Ну вот и славно!
УЛЬЯНАСердце жжёт. Выпиваю успокаивающие капли, жду действие лекарства, но оно никак не наступает. Не замечая, тру пальцами под левой грудью, будто это поможет. Я подозревала, что нечто подобное всколыхнётся внутри, но не настолько же. Когда уже это всё отболит??
Воздух тяжёлый. Горло саднит от жёсткого стеснённого дыхания.
