Автор
ФЕЛИКСРазлетаюсь на ошмётки. Смотрю перед собой и не могу сделать вздох. Грудь тисками сдавливает, сердце жжёт — будто обливают кипятком. Всё это монтаж! Уля не могла… Это ложь! Но углубляясь в просмотр фото, надежда уходит в бездну. Что за трусость меня привела к этому? Прогулки по вершинам власти, статуса и богатства — всё это было моим миром до встречи с Улей....
Мне нравится видеть их на спокойном фоне, когда Ангел не прогоняет и не рычит, напоминая мне, что я последняя тварь. Ужасно хочу дотронуться. Ульяна сегодня отпадает, может проснуться, ворочается во сне. А вот моя малышка, как приняла одну позу, так и лежит куколкой. Всегда хотел узнать каково это – целовать собственного ребёнка. Я и детский запах-то никогда не чувствовал. С детьми дело не имел, слышал только, что они пахнут по-особенному. А тут своё, родное. Пора узнать, а то Злата шустрая, сейчас есть, через секунду уже бежит в другом направлении.
Делаю к кровати пару бесшумных шагов и едва ощутимо касаюсь губами маленькой переносицы. Да у меня губы больше, чем этот носик! Впадаю в азарт и оставляю дорожку поцелуев до гладкого лобика. Дохожу до волос и втягиваю в себя запах своего ребёнка. Как наркоман дорвался до дозы, аж глаза от удовольствия закатываются. Прислушиваюсь к своим ощущениям.
Да она мамой своей пахнет!!
Никакого молока, карамелек или тому подобного.
Ангелочек во плоти! Вся в маму!
Улыбаюсь губами в нежную кожу, закрываю глаза, наслаждаюсь моментом.
– Моё сокровище… – шепчу в макушку. – Папа рядом, солнышко… папа больше никуда не уйдёт…
Глажу большим пальцем малюсенькое ушко. Злата тут же ведёт плечом, сбавляя щекотку, хмурит бровки, кряхтит и переворачивается. Под конец ещё и пукает. Подоткнув ей получше одеяло, со смехом оставляю в покое. Пусть набирается сил, а то ещё не весь ковёр изрисовала, остались нетронутые места.
Покидаю спальню девчонок с толикой грусти, но тревожить больше нельзя. Я и так надурил. Расстроил Ульяну, перегрузил сердце. Ей здоровье поправлять надо, а я назойливо окунаю в прошлое. Корю себя за это.
