Автор
В холодном свете факелов и черной маски врага ярко видна его жесткая решимость. От его взгляда пробирается лед, заставляя присесть на корточки, прячашься в тени каменной стены. Мгла вокруг только усиливает неуловимую атмосферу опасности и приключенческого начала нового приключений....
Тянусь за банкой на верхней полке, а Дикий понимает, что именно хочу взять, подает мне сам. Останавливается позади, теперь отходить не спешит."
"И хоть не дотрагивается, жар, исходящий от его сильного тела все равно чувствуется на коже. Невольно покрываюсь колючими мурашками.
Горячее дыхание щекочет затылок.
Он не делает ничего. Молчит. Не переходит черту. Но в повисшей между нами тишине точно еще сильнее искрит.
Крупные ладони опускаются на столешницу по обе стороны от моих бедер. Вены на кистях вздуваются, набрякают.
От напряжение у меня дыхание сбивается.
— Присядь, пожалуйста, — бормочу.
Он не двигается с места.
Шумно втягивает воздух.
***— Демьян, — роняет Катя.
Застываю. Жадно вбираю ее запах. Переместив руки, сжимаю край стола так, что костяшки пальцев похрустывают.
Мое имя на ее губах — мой главный стоп.
И больше нет никаких вариантов. Только подчиниться, блять. Отталкиваюсь от столешницы и усаживаюсь на диван.
— В каком городе твой универ? — спрашиваю. — Как называется?
Она отвечает.
— Ты что, правда собираешься поехать?
— Вопрос решен, Катя.
— И как ты себе это представляешь?
— Хорошо.
Поджимает губы. Не спорит. Понимает, что смысла нет. Наливает чай, подает мне одну из чашек. Сама присаживается напротив.
Охуеть. Сидим, блядь, пьем чай. А я уже от этого кайф ловлю.
Катя рядом. Задумчивая. Встревоженная. Но рядом. И я не по углам шатаюсь, не жмусь в тени, разглядывая ее со стороны, а вижу прямо перед собой.
Косу заплела. Так и просится намотать на кулак. А потом притянуть и…
Тормози. Без того стояк от ее близости. Хер деревенеет.
Глазами девчонку жру. Не могу остановиться.
Нежная шея. Острые ключицы. Нервно пульсируют тонкие голубые жилки. Пройтись бы по ним языком. Прикусить кожу. Слегка прихватить зубами. А после зализать следы.
Опять приходится порывы гасить. Яйца и так будто свинцом налиты. Взвыть готов. Весь на взводе. Да и похуй.
Дебильная улыбка на губах расползается.
Похуй все.
Я же здесь. С ней.
— А ты чего босая?
Взгляд упирается в ее голые ступни.
— Тут полы с подогревом, — дергает плечом. — Тепло.
Склоняюсь и обхватываю тонкие лодыжки, накрываю узкие ступни ладонями. Катя дергается и вскрикивает.
— Ай, Демьян, ты что делаешь?
Расплескав чай, ставит чашку на стол.
— Пусти, — бормочет, пробуя вырваться.
— Ноги ледяные.
— У меня всегда так, — морщится и выпаливает: — Ой, щекотно. Прекрати.
