Автор
В холодном свете факелов и черной маски врага ярко видна его жесткая решимость. От его взгляда пробирается лед, заставляя присесть на корточки, прячашься в тени каменной стены. Мгла вокруг только усиливает неуловимую атмосферу опасности и приключенческого начала нового приключений....
Теперь даже та тема, когда нас на бабло наебали, казалась дохера мутной.
Лебедев слишком хорошо меня знал. Понимал, куда можно надавить. Вот и ударил в нужную точку.
А я повелся. Идиот. Сыграл четко по плану.
Моих людей грохнули в ту ночь. Всех до единого. Только Дава и выжил.
Но его показания ничего не могли поменять. Да его бы никто не стал слушать. Нас уже выбрали, чтобы показательно наказать.
Никто не занимался поисками второй бригады. Никто даже не стал опознавать тела тех типов, которые в моей команде не состояли.
Виновных нашли. Сразу. А реальное положение никого не волновало.
В первый раз хоть за дело сел. А тут — пиздец. За собственную тупость.
— Вы ошибаетесь, Демьян, — заявляет тип в костюме. — Все намного сложнее, чем вам кажется.
И подвигает лист с чистосердечным признанием ближе ко мне.
— Вам лучше прямо сейчас это подписать.
Нихуя. Меня хоть как на пожизненное отправят. Так что задачу им облегчать не собираюсь. Признание не дам.
— Вы, должно быть, уверены, что терять нечего.
Молчу.
Тип подается вперед. Близко. Очень близко. Но этого недостаточно.
— Ваша невеста. Екатерина, кажется? Господин Лебедев вывез ее из города. В безопасное место. Но вы же понимаете, если до нее захотят добраться. По-настоящему. Никто их не остановит. И даже господин Лебедев, при всем своём влиянии ничего не сможет сделать.
Челюсти сводит. От жажды впиться в его чертову глотку. Веду кулаками так, что наручники скрипят.
— Некоторые из тех, кто устроил бойню в клубе, до сих пор на свободе, — заявляет уебок.
Умом понимаю, что не достану. Но рефлексы держать не получается.
Рывком подаюсь вперед.
Блядь. Нихуя.
Руки за спиной скованы. Наручники держат.
Долговязый отшатывается.
— Одна ваша роспись — и ничего не будет, — выдает он.
— Ты кто такой? — рычу. — Кто прислал?
— Удачи вам, Демьян, — говорит он и поднимается.
Точно.
Только, блядь, «Яма» — самая хуевая тюряга страны. Оттуда никто не выходит. Туда попадают за самые жестокие преступления. И выход на волю — вперед ногами. Сбежать нереально.
Но сука, я должен выйти. Должен найти путь.
***Стою возле окна. Смотрю, как крупными хлопьями падает снег. Невольно обнимаю себя руками.
До сих пор не могу поверить, что все это происходит на самом деле.
