В одновременно проникли в ювелирный магазин с двух сторон: один как обычный покупатель, другой — через служебный вход. Один прикрывался костюмом и кепкой, второй – обрезом и балаклой. Все продумано до мелочей: план, часы работы, сотрудники. Установлен тайм-бустинг между планетами — в реальном мире и том, что ждет их дальше....
Хищник остолбенел:
— Это еще что такое?
— Как по-твоему, почему я согласился на ограбление?
— Потому что тебе бабки нужны…
— Эти бабки мне не нужны. Я просто хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Я помогаю тебе в налете, потом ты исчезаешь. Навсегда. Мир большой, в нем довольно банков и ювелирных лавок, которые можно грабить, и оставь в покое меня и мою семью.
Хищник смерил Арпада взглядом и сказал просто:
— По рукам. До субботы.
Он направился к парковке, но Арпад окликнул его:
— Я нашел открытку, которую ты написал Софи на день рождения.
Хищник остановился.
— И что? — с напускным безразличием спросил он. — Уж и открытку написать нельзя?
Вместо ответа Арпад достал телефон и зачитал текст, переснятый в конторе Софи.
Моя Пантера,
Ты не создана для жизни в клетке. Ты к ней привыкла, как зверь в зоопарке. Но вся эта рутина и быт — только железные прутья. Твое счастье — иллюзия.
Помни, что говорил Висконтини. Уедем со мной, хочу, чтобы ты снова почувствовала вкус свободы.
Люблю тебя.
Арпад читал с издевкой, и Хищника это глубоко уязвило. Это было любовное письмо. Он долго трудился, чтобы написать эти строки. Всегда неловко писать человеку, что любишь его. И потом, «Моя Пантера» в устах постороннего человека звучало фальшиво. Выставляло его в смешном виде. Он чувствовал себя униженным, ему хотелось броситься на Арпада и дать ему в зубы. Так и подмывало. Но Арпад должен быть цел и невредим. Он ему еще пригодится. А главное, если он его изувечит, Софи не простит.
Но Арпад на самом деле прочел это письмо по вполне конкретной причине.
— Кто такой Висконтини?
— Итальянский писатель, — ответил Хищник.
Значит, все верно: Арпад рылся в интернете и действительно нашел упоминание какого-то забытого итальянского писателя начала XX века. Но что общего между Висконтини, Софи и Хищником? Может, это любимый писатель Софи? Но она ни разу его не упоминала. Ему казалось, что он смотрит на собственную жену чужими глазами.
— Почему Висконтини? — спросил Арпад.
Вопрос прозвучал как признание в малодушии. Он был до смерти уязвлен тем, что приходится вникать в личную жизнь Хищника и Софи, чтобы понять, кто такая на самом деле его жена.
— Люблю, как он пишет, — отозвался Хищник.
— Там что-то другое…
— Тебя удивляет, что я люблю читать?
— Я знаю, что там есть что-то другое! — рассвирепел Арпад.
Хищник наслаждался его бессилием.
— Ты не хочешь это знать, — подначил он его.
— Хочу! Хочу! — закричал Арпад.
