В одновременно проникли в ювелирный магазин с двух сторон: один как обычный покупатель, другой — через служебный вход. Один прикрывался костюмом и кепкой, второй – обрезом и балаклой. Все продумано до мелочей: план, часы работы, сотрудники. Установлен тайм-бустинг между планетами — в реальном мире и том, что ждет их дальше....
Раз в месяц Эстонец с Хищником встречались на пароме Хельсинки — Таллинн. Чисто рабочие встречи, но с первого же дня знакомства они всегда для начала пили кофе и болтали. Потом Эстонец переходил к делу: к заказам на бриллианты или драгоценности, для выполнения которых он подыскивал наемного грабителя. Хищник тщательно отбирал предложения. Он был осторожен. Не какой-нибудь сорвиголова, потому и работал так долго. С банками он покончил, слишком многое зависит от случая. В воровской среде его знали и уважали все.
Эстонец был единственным человеком, который знал про Софи.
Два месяца назад29 Апреля 2022 годаНа пароме Таллинн — Хельсинки, посреди Балтийского моря, на продуваемой всеми ветрами палубе Эстонец и Хищник пили кофе. Вокруг было безлюдно. Эстонец был человеком гостеприимным — принес термос и два пластиковых стаканчика.
— У меня для тебя отличное дельце, — по-французски он говорил без всякого акцента. — Как раз у твоей «подружки».
— В Женеве?
— Да. Там один ювелир прогорел. Купил, тупица, за целое состояние вещи, которые невозможно продать. Розовые бриллианты, никому не нужные. Огромные, дорогущие, еще не знаю что. Короче, этот парень хочет, чтобы его ограбили, а он бы получил страховку. Бриллиантов пять, стоят двадцать пять миллионов евро. Делаешь дело, я их у тебя покупаю за пятнадцать процентов.
— Двадцать процентов, — немедленно откликнулся Хищник.
— Пять миллионов за налет, который не налет, а детские игрушки, — подсчитал Эстонец. — Дороговато будет. Ювелир дал все сведения: как попасть в магазин, часы работы продавцов, системы наблюдения. Бери и пользуйся.
— Это моя последняя цена.
Эстонец не стал оскорблять Хищника и торговаться.
— По рукам.
Они обменялись рукопожатием.
— Сделаю в начале июля.
— Лучше пораньше.
— Никак невозможно, — решительно заявил Хищник.
— Для тебя нет ничего невозможного, — возразил Эстонец.
— Двадцатое июня — день рождения Софи.
— И налет будет ей подарком? — улыбнулся Эстонец.
— Да. — Лицо Хищника просияло широкой улыбкой.
— Ты улыбаешься, только когда говоришь о ней, — заметил Эстонец. — Ладно, в начале июля.
В схроне, покуда Хищник вспоминал свой последний разговор с Эстонцем, Софи с тревогой отслеживала новости о налете на магазин Картье. Она была вне себя от злости.
