Десять шагов… пятнадцать… двадцать и… веревка не пускала дальше! Фонарь тоже подвел: масло в нем почти выгорело, маленький язычок пламени слабел на глазах. Джакомо выбрался в подвал, нашел свечи, прихватил еще один моток веревки и вернулся в подземелье. Удлинил веревку и, прикрывая ладонью колеблющийся огонек свечи, двинулся по правому рукаву: он твердо решил этой же ночью проверить, есть ли выход из подземной галереи.
Внезапно рукав раздвоился. После некоторых колебаний венецианец свернул в правое ответвление, надеясь, что не заблудится, держась за привязанную к поясу веревку. Считая шаги, он опасливо поглядывал на темные провалы ниш в стенах галереи — непривычная обстановка лишала уверенности, словно молчаливые камни незаметно, капля за каплей, высасывали из него всю храбрость, заставляя сердце тоскливо сжиматься от непонятного страха.
— Преисподняя, — шептал он, стараясь унять нервную дрожь.
Следуя за поворотами хода, Белометти очутился у новой развилки. И тут его внимание привлекла какая-то полоса, неровно проведенная по каменному полу. Он наклонился, разглядывая ее в неверном свете огарка. Да это же его веревка! Выходит, он сбился с пути и сделал круг, приняв продолжение рукава галереи за очередную нишу. Джакомо поднял свечу и закоптил свод правого хода, чтобы опять не свернуть туда в следующий раз, потом отвязал веревку и долго вытягивал ее, сматывая в кольцо. Наконец двинулся дальше, теперь уже по левому проходу.
Куда он его приведет и, главное, когда? Галерея то сужается, то вновь становится шире, и временами кажется, что она никогда не закончится: так и будешь шагать, разматывая веревку и зажигая одну свечу от огарка другой, тщетно надеясь когда-нибудь опять оказаться на поверхности. Но ведь кто-то же прорубил в толще камня эти ходы?
Заглянув из любопытства в одну из ниш, Джакомо увидел лежавший на кучке щебня скелет небольшого зверька — скорее всего кошки или собачонки. Кости давно истлели и готовы были рассыпаться в прах от малейшего дуновения. Сколько они здесь пролежали? Не исключено, что несчастный зверек, на свою беду забежавший в подземный ход, был современником последних византийских императоров. И тут же мелькнула паническая мысль: а вдруг воздух здесь наполнен ядовитыми испарениями, не имеющими запаха? Тогда, обнаружив его скелет спустя множество столетий, кто-то будет гадать, какая нужда завела сюда бедолагу? Ну нет, пока есть возможность — вперед!
Венецианец прошел еще несколько шагов и остановился перед новой развилкой. Господи, ну сколько еще здесь блуждать?! Свечи на исходе, веревка скоро закончится, а наверху, наверное, уже занимается утренняя заря.