Она согласилась на его условия: тайный роман без чувств и обязательств. Но когда появляется ребенок, все меняется. Теперь ей предстоит выбор между безопасностью и любовью, между послушанием диктатору и борьбой за собственное счастье.
— Да пошел ты! — Я разворачиваюсь и иду обратно. На улицу. — Да? — мой голос звучит глухо, руки подрагивают, а настроение, кажется, испорчено.
— Успела соскучиться? — стоит мне услышать хриплый голос Олега, и я забываю обо всем на свете.
— М-м-м, дай подумать… Кажется, нет, — прикусываю нижнюю губу, с трудом сдерживая улыбку.
— Вре-е-ешь, у меня тут внезапно одна встреча отменилась, хочешь прогулять пары?
Я оглядываюсь назад, вспоминаю перекошенное злобой лицо Артура, скучную лекцию, потом горячие руки Олега, его поцелуи и пронзительный взгляд. Выбор очевиден. Здесь и думать не о чем.
— У тебя есть предложение интересней, чем лекция с молодым преподавателем?
— Не нарывайся, девочка. И не играй со мной в эти игры. Все равно же течешь только при виде меня, или есть еще кто-то? — от тембра его голоса по телу расходится приятная дрожь, и я жалею, что в этот момент не могу почувствовать хотя бы легкое прикосновение мужчины.
— Только ты, — почти не дышу. И не вру. И он прекрасно знает об этом.
— Тогда через полчаса будь готова стянуть для меня трусики. Я с трудом вылез из кровати утром, твоя сонная упругая попка так призывно смотрела на меня.
— Ты извращенец.
— Никогда не отрицал этого. Жди меня, малышка.
— Олег? — зову я, прежде чем он успел отключиться.
— Да?"
"— Спасибо. За телефон. Мне неудобно, что доставляю тебе столько неприятностей.
— Полина, это всего лишь телефон.
— Да, но это… — я хочу сказать, что это дорогой телефон, но вовремя прикусываю язык, вспоминая, с кем имею дело. Наверняка одни его ботинки стоят столько же. — Это очень мило с твоей стороны, — заканчиваю я, задерживая дыхание.
— Милым меня еще никто не называл, — смеется мужчина, и этот звук его смеха проникает через динамик телефона в каждую частицу моего тела, пробуждая что-то такое, неведомое мне ранее. Трепет. Счастье. Смущение. Тепло. Надежду. — На самом деле я сделал это для того, чтобы ты могла присылать мне свои обнаженные фотки, пока я буду проводить скучные совещания. Не забывай об этом. Я буду на белом ""Рэндже"", до встречи, малышка, — быстро говорит Олег и отключается. А я так и остаюсь у дороги, боясь опоздать даже на минуту, которую мы с ним можем пробыть вдвоём.
***Я не узнаю Олега. Никогда не видела его таким. В светлой толстовке с капюшоном, потертых джинсах и солнцезащитных очках. Он словно помолодел лет на десять и превратился в хулигана.
