Автор
В холодном дворце, где властвует диктатор, каждое слово обладает силой. Здесь тени скрывают опасности, а светлые фонари — небрежным взглядом — развеивают мрак и подгибают к его ногам всех желающих поклониться. Глава за главой, увлекательная серия раскрывает истинную природу диктаторского единства, где каждый шаг нарушает равновесие и создает волну злобы и восстания....
Щелкает камера, под ногами Исаева хрустит снег, всего в нескольких метрах от нас пробегает белка, и я закрываю глаза от наслаждения. Слишком идеально, так не бывает.
Я вздрагиваю, когда чувствую, как прямо в лоб ударяет что-то холодное. Открываю глаза и замечаю довольного Олега. По моему лицу сыпется снег, и уголки губ приподнимаются в дьявольской улыбочке.
— Ну, Исаев, сейчас тебя уделает дворовая девчонка! Готовься к поражению.
Мы носимся по двору до изнеможения, закапываем друг друга в сугробах, обнимаемся и целуемся.
Мы возвращаемся в город на следующий день. Олег с силой сжимает пальцами руль, я же пробираюсь пальчиками под его штаны и слегка сжимаю возбужденную плоть.
— Полина, — шипит он, пытаясь перехватить мою руку, но я не останавливаюсь. Провожу подушечками пальцев по горячей головке, а потом расстегиваю пуговицу на штанах и обхватываю твердый ствол, поглаживая и дразня.
Не знаю, как мы добрались до города, не убившись на скользкой трассе; не помню точно, кто нажал на кнопку лифта и откуда в моих руках взялись ключи. Мы были настолько возбужденными и разгоряченными, что с трудом дотерпели до дома.
— Хочу тебя, скорей, — хныкаю я, снимая с себя джинсы и забираясь на кровать.
— Сейчас, малышка, я готов трахать тебя до рассвета. Давай, покажи мне свою сладкую киску, — хищно усмехается он, медленно расстегивая ремень на штанах, а за ним и пуговицу.
Я бесстыдно сгибаю ноги в коленях и раздвигаю их в стороны, давая Олегу самый лучший обзор. Потом смело провожу пальцами по влажным складкам и призывно облизываю губы.
— Блять, да ты издеваешься, — хмыкает мужчина и быстро избавляется от одежды. — Прости, но ты довела меня, так что сегодня без прелюдий. — Он делает шаг в мою сторону, и я задыхаюсь от предвкушения. Вот сейчас, еще миг — и я смогу почувствовать его всего.
Внезапно комнату оглушает мелодия звонка. Исаев хмурится, смотря на пол, где валяется его телефон.
— Минутку, это важно, — вздыхает он и подносит к уху телефон. — Что? — выражение его лица вмиг меняется, он отходит от меня на несколько шагов и короткими фразами переговаривается с человеком на другом конце провода.
Меня почему-то затапливает плохое предчувствие. По его напряженной позе. По сжатым в тонкую линию губам. По резким движениям и нахмуренным бровям.
