Автор
В столице разлетаются слухи о том, что знаменитый герцог Торнбери наконец собирается посетить одно из великосветных событий. Но все знают, как холодно его светлость относится к такимgatherings. Тем не менее, надежды поднимаются благодаря дружеским отношениям леди Шиллингем с матерью герцога. В этих предвкушениях и приподнятом настроении происходит встреча, которая меняет все правила игры в мире высоких каст и их традиций....
— Скорее в аду ударит мороз, чем я прощу этого невежу!
Подхватив юбки, она стремительно выскочила из комнаты, не признавшись сестре в том, что желала совсем иного, что где-то в глубине души ей было страшно любопытно посмотреть, что еще придумает Торнбери.
Глава 10
Гостиная в доме маркиза Уитморленда
На следующий день
Эйден самодовольно ухмыльнулся. Сегодня он будет единственным визитером, но не потому что другие джентльмены потеряли интерес к леди Джессике. Все они, как обычно, явились в нужное время и выстроились в очередь, но сегодня герцог отправил полудюжину своих лакеев покрутиться между каретами и пустить слух, что минут пятнадцать назад леди Джессику видели в кондитерской Хантера на Беркли-сквер.
Он сидел в своей карете, стоявшей на другой стороне улицы, и наблюдал через окно. Как только слух пробежал по очереди, визитеры стали сниматься с мест. Кареты развернулись и двинулись в сторону Беркли-сквер, что освободило путь Эйдену.
Сегодня здесь никого не было, и Эйден уселся на диван, где обычно леди Джессика принимала своих воздыхателей. Ждать пришлось недолго: вскоре обе сестрицы и маркиза появились в комнате.
Леди Джессика тут же замерла на месте и, удивленно оглядев пустую гостиную, обратилась к матери:
— Что случилось? Где все?
Леди Уитморленд откашлялась и объявила:
— Но ведь здесь герцог Торнбери. Поприветствуйте его.
— Не имею ни малейшего желания, — прошептала Джессика.
— Дорогая, подумай о манерах!
Судя по всему, это были волшебные слова, потому что в мгновение ока Джессика приклеила на лицо фальшивую улыбку, а потом двинулась в сторону гостя.
Приблизившись, она сумела-таки присесть в реверансе. Он встал и поклонился, изо всех сил постаравшись не рассмеяться от довольства собой.
