В глубинах вечности, Димон увидел иерархии всех небесных адских уровней. Его взору открылось невообразимое спектроформирование мира: бескрайние пространства чернилами сверкали разноцветными огнями огромные сооружения. По всему видимому фасаду видались подсвеченные рекламные щиты с изображениями, словно магическая карта Вечности, а вокруг танцевали искры судьбы, изменяющие жизни на Земле....
Оказавшись в безопасности под защитой деревьев, Димка в изнеможении рухнул на траву и закрыл глаза, пытаясь отдышаться.
— Во, блин, попал! — размышлял Димон, лёжа на мягкой шелковистой траве и наслаждаясь её нежными объятиями. — А всё понты корявые! Ах, какой я крутой «геймер»! Ах, подайте мне уровень покруче! И вообще! Ах, какой герой-спаситель! Да если бы не Вестник да пять слов Афанасиевых, где бы я сейчас был и что бы я сейчас делал! И что мне теперь дальше делать-то?
Он попробовал приподняться и вдруг ощутил, что нежные объятья шелковистой травы стали слишком уж крепки и неразрывны.
Расширившимися от охватившей его паники глазами он созерцал, как из мягких травинок начинают вылезать змееподобные упругие стебли, усыпанные, подобно щупальцам осьминога, множеством кроваво-красных присосок с выступающими из их середины осиными жалами.
— Вестник! Помоги! — только и успел крикнуть он. — «КИРИЕ ИСУ ХРИСТЭ ЭЛЕЙСОН МЭ», — пронеслись в его угасающем сознании слова Афанасиева призыва.
Вдруг что-то произошло. Яркая вспышка ослепительно-белого света, затем лёгкая дымка тумана, благоухающая неведомым Димке, но необыкновенно сладостным ароматом, окутала его.
Он вскочил на ноги. В радиусе около трёх метров вокруг места, где он только что лежал, вся трава с кровожадными щупальцами была словно выжжена неизвестным огнём, только сухие рассыпающиеся стебли лежали на земле.
— Опять помогло! — в радостном недоумении отметил про себя Димон. — Надо будет выяснить вообще-то, что означают эти слова…
Он огляделся.
Громадный, чёрный, словно угольный карьер, котлован круговыми террасами спускался вниз к невидимому в глубине дну.
