В дверях библиотеки ты встречаешь взгляд подавленной коллеги — каждый четвертый или пятый раз в месяц она просит о совместной прогулке, а я с каждым разом оказываюсь все больше запутан. В этот раз отказ выходит по-другому, не вызывая недовольства, а просто говоря: нет, вот и всё....
Количество ночей, которые Карина оставалась с нами, росло, детских вещей в квартире появлялось все больше, так что со временем было принято логичное решение о ее переезде. Вышло комфортно для всех: и для Галии-апы, слишком привыкшей о ком-то заботиться, и для Карины, получившей постепенно привыкшей к смене обстановки и новому человеку, и для меня, до смерти боящейся не справиться с ролью мачехи.
За время нашего с ней общения я поняла две очень важные вещи. Первая: не стоит пытаться заменить Карине мать. Я не ее мама, и этот факт уже не изменить.
Второе важное правило: быть с ней предельно честной и относится как к взрослой. Я отлично помню себя в ее годы. Дети в таком возрасте все отлично слышат и понимают, и считать их недалекими и глухими точно не стоит.
В общем, роль мачехи оказалась неожиданно гораздо более приятной, чем я себе представляла. Хотя бы потому, что я еще не состарилась, а стакан воды мне уже приносят.
-- Пристегнулась? – уточняю я, щелкая пультом от ворот.
-- Конечно, мамочка, -- фыркает Карина, переиначивая мою классическую фразу, адресованную ее отцу.
Потянувшись, она прибавляет звук на магнитоле, и салон оглашается очередным интернет хитом, от которого у меня как по команде начинает сводить зубы.
"Высадив Карину у входа в плавательный комплекс, я бью по газам. Осторожничаю я обычно только в ее присутствии. Инцидент со сломанным носом навсегда запечатлен в моей памяти, так что предпочитаю перебдеть.
Забавно, что Мерседес, подаренный Камилем, все же ко мне вернулся.
На встречу с Алиной я приезжаю на пятнадцать минут раньше и успеваю сделать пару звонков.
