Здесь новый мир, где твоё прошлое не имеет значения — ты можешь быть whomever ты захочешь. Но каждое изменение приносит с собой новые вызовы и опасности. Каждый шаг вперед влечёт за собой риск обрести что-то новое и ценное, но может потерять то, что было тебе всегда.
Делами магазина я займусь чуть позже.
— Ты хочешь заняться моим бутиком?
— Да. Уверен, там есть точки роста, — открываю шкатулку и смотрю на часы. — Поехали. Мы уже опаздываем.
Анна только качает головой. Перечисляет деньги барону, заводит машину, и мы едем дальше.
Проходит ещё сорок минут, и вскоре мы оказываемся на подъездной дороге к поместью князя. На повороте стоит охрана, вдоль дороги дежурят бронемашины. Уверен, в темнеющем небе летают дроны-наблюдатели. Безопасность на таком мероприятии должна быть на высшем уровне.
Добираемся до ворот. На наших глазах через них проезжает роскошный внедорожник с узнаваемым логотипом. Надо же, Мерседес. Даже в этом мире некоторые предпочитают немецкие авто.
Нам преграждает дорогу гвардеец с автоматом наперевес. Другой подходит к водительской двери и отдаёт честь.
Мама опускает стекло, и гвардеец говорит:
— Добрый вечер, господин, госпожа. Ваши фамилии?
— Грозины, — вперёд матери отвечаю я. — Анна и Александр.
Гвардеец на миг застывает, а потом медленно кивает.
— Прошу прощения. Вас нет в списке приглашённых.
— А вы этот список в голове держите? — уточняю я. — Может, сверитесь на всякий случай?
— Простите. Насчёт вас я абсолютно уверен.
— Так я и знала, — еле слышно шепчет мама.
— Думаю, князь просто не стал включать в список своих дочь и внука, — говорю я. — Ведь и так понятно, что мы приедем его поздравить.
— Я не могу вас пропустить, господин.
— Можете, конечно. А если боитесь княжеского гнева, то не стоит. Я решу этот вопрос.
— Не могу, — хмурится гвардеец. — Простите. Вам лучше уехать.
Вижу, что у мамы уже глаза на мокром месте. Представляю, о чём она сейчас думает. Поддалась на уговоры подростка, сделала макияж и причёску, надела красивое платье. А теперь нас просто не пускают, будто бродяг каких-то.
— Мы поедем только туда, — с обаятельной улыбкой сообщаю я и указываю в сторону поместья. — Мам, закрой окно. Прохладно.
Мама послушно закрывает окно и прерывисто вздыхает, стискивая руками руль.
— Не вздумай разворачиваться, — говорю я. — Мы проедем.
— Как? Он ведь ясно сказал, что не пустит.
Анна кивает на гвардейца, который что-то передаёт по рации. Ясно, что — наверняка докладывает о нашем прибытии.
— Они ведь не смогут заставить нас уехать, правда? Мы же дворяне, как-никак, и члены рода. Дедушка сам не допустит, чтобы нас прогнали.
