Здесь новый мир, где твоё прошлое не имеет значения — ты можешь быть whomever ты захочешь. Но каждое изменение приносит с собой новые вызовы и опасности. Каждый шаг вперед влечёт за собой риск обрести что-то новое и ценное, но может потерять то, что было тебе всегда.
Но по внутриродовым указам — лишён права наследования и как бы не совсем часть семьи. Теперь же, видимо, он намерен это изменить.
— Неплохо он всё повернул, — говорит Алексей, кладя записку обратно на стол. — Конфликт у лестницы начал Юра, но парень всё равно просит прощения. Вроде как берёт вину на себя, выгораживает твоего наследника. И пишет так, будто ты уже принял его обратно в семью.
— Я и говорю — хитрец.
— Я бы так не сказал. Написано твёрдой рукой. Почерк уверенного в себе человека.
— Правда?
— Конечно.
— Всё ещё веришь в эту псевдонауку? — фыркает Григорий и тоже тянется к хьюмидору, чтобы достать сигару.
— Когда я был прокурором, эта наука много раз помогала мне по службе, — Алексей щёлкает зажигалкой и помогает брату прикурить.
— А теперь, когда ты скоро станешь министром? — раскурив сигару, спрашивает князь. — Помогает наука?
— Ну, до министерского кресла мне ещё далеко.
— Сам знаешь, мы могли бы ускорить процесс.
— Нет-нет, зачем спешить? Меня всё устраивает.
Григорий подозрительно смотрит на брата сквозь сигарный дым. Алексей — один из немногих людей, чьи мотивы ему тяжело разгадать. Хотя здесь вроде бы всё ясно. Заняв пост министра иностранных дел, Алексей лишится права на наследство рода. Таковы законы.
Но в случае с младшим братом нельзя быть уверенным, что у него нет других резонов. К тому же, свою долю в Династии он так и так не потеряет.
— Давай лучше не обо мне, а о твоём внуке, — Алексей нажимает пальцем на записку.
— Кажется.
— Он может далеко пойти.
— К чему ты клонишь? Предлагаешь ввести его в семью?
— Нет, конечно. Не сразу. Он бастард, и общество об этом помнит. Но может позабыть, если парень проявит себя.
Григорий хмыкает. Набирает полный рот дыма и выпускает облако в потолок.
— Значит, предлагаешь дать ему шанс.
— Конечно. Разве он не заслуживает? — Алексей разводит руками. — Ему всего шестнадцать, но он уже сейчас показывает острый ум и стратегические навыки.
Григорий с сомнением мотает головой. Да, честно признаться, ему тоже понравилось, какую партию вчера разыграл бастард. Вроде ничего сложного — однако он громко заявил о себе. Для такого нужно иметь не только острый ум, но и крепкие яйца.
Подобные качества князю по душе.
— В конце концов, он же наш, — продолжает уговаривать Алексей.
