— Мы занимаемся бизнесом, ваше сиятельство, а не боремся за чью-то честь или другие интересы, — Вальтер обводит рукой всех членов совета. — Династия давно вышла за пределы вашего рода и даже за пределы Российской империи. Всемирный совет директоров, международные инвесторы, кредитные рейтинги — вот реальность! Вы же ведёте нас в средневековье с вашими «кровными узами»!
Барон Ермолов одобрительно кивает. Незнакомая мне женщина в брючном костюме хищно ухмыляется. Виталий смотрит на Вальтера поверх очков, поигрывая ручкой.
Той самой, что я подарил ему на Новый год.
— Голосуем, — Вальтер садится и щёлкает кнопкой на столе, запуская процедуру. На экране появляется список членов совета. — Вопрос: смещение князя Григория Михайловича Грозина с поста генерального директора.
Панели голосования на столе вспыхивают синим. Я невозмутимо наблюдаю за тем, кто и как голосует.
Зубов — За.
Курбатов — За. Не задумываясь.
Мещерская — За.
Друцкой — пауза. Его палец дрожит. Против.
Лобанова-Ростовская — За. Шёпотом извиняется.
Строганов — Против.
Ермолов — За.
Вальтер — За. Естественно.
Виталий Грозин — голосует последним. «Воздержался».
Князь Грозин не имеет права голосовать.
Итого: семь За и только два Против. Но Виталий воздержался не просто так.
В зале тишина, как в склепе. Только Вальтер откидывается на спинку кресла с торжествующей гримасой. Дедушка, низко опустив брови, осматривает тех, кто проголосовал за его смещение.
— Вот, значит, как, — глухо произносит он. — Думается мне, что наш совет ждут большие перемены.
— Да. Но вы в этом участвовать уже не будете. Решение принято, — Вальтер встаёт, поправляя манжеты. — Григорий Михайлович, думаю вы…
— Вы не заметили, что Виталий Григорьевич воздержался? — спрашиваю я.
Кирилл Александрович смотрит на меня ледяным взглядом и смотрит на экран. Возможно, за вихрем «За» он и правда не обратил внимания на последний голос."
"— «В случае голосования о смещении главы рода каждый член совета обязан принять решение», — цитирую по памяти пункт устава.
— Волконский отсутствует. Виталий Грозин воздержался. Голосование недействительно.
— Волконский прислал документ, в котором просит считать, что голосует За. А что касается Виталия Григорьевича… — Вальтер смеряет моего дядю взглядом. — Это саботаж, и мы все это прекрасно понимаем. Проголосуйте! Даже если будет Против, это ничего не изменит.
— Ну, есть ещё один фактор, который способен кое-что изменить, — достаю телефон, пишу одно слово: «пора».
Наступает тишина.
