— Александр, это исключено! — настаивает дедушка. — Николай, что скажете? Вы уже работали с этой программой.
— Ну… Если честно, она и правда выглядит неприступной, — отвечает хакер.
Григорий Михайлович удовлетворённо кивает, но тут Егор продолжает:
— Но в любой программе есть уязвимости. Если хорошо понимать её алгоритмы, можно найти лазейку.
— Ромэн наверняка прекрасно знает алгоритм, — настойчиво говорю я.
— Ладно, я понял, — бурчит князь. — Дам задание переписать эти ваши алгоритмы или что там нужно сделать.
Одним словом, усилить безопасность.
— И запретить доступ к личным смартфонам Грозиных, — добавляю я.
— После того как мы узнаем насчёт Алексея, — соглашается дедушка. — Сейчас я позвоню кому надо, вам откроют доступ к Чернокнижнику.
— Спасибо, ваше сиятельство! — глаза Егора блестят от восторга.
Дедушка связывается с кем-то в службе безопасности Династии, и уже через несколько минут мой хакер принимается за дело. Он говорит, что это займёт какое-то время, поэтому я приглашаю Григория Михайловича в другую комнату.
Нам нужно поговорить наедине.
Мы заходим в другой кабинет. За стеклом видно уличный тир и полосу препятствий, где тренируются мои гвардейцы. Ночные фонари светят тусклым холодным светом. Но этого света хватает — мы не включаем лампу в комнате, оставаясь в полумраке.
— Знаю, знаю, Александр. Ты хочешь сказать, что мой брат может быть кукловодом, — недовольно качая головой, говорит Григорий Михайлович и садится на диван, который скрипит под его весом.
— Один из ваших братьев. Либо Ярослав, либо Алексей. Либо, позвольте мне быть откровенным, они могут работать вместе, — садясь рядом, отвечаю я.
Тяжело вздохнув, князь проводит рукой по бороде и говорит:
— Да. Непросто в это поверить, но ты прав. И я могу рассказать, почему.
— Почему же?
— Видишь ли, в детстве они были не разлей вода. Я много учился, часто ездил с отцом на деловые встречи, даже когда был ребёнком. Ярославу всё это было не так интересно. Он много времени проводил с Лёшей, когда тот был маленьким.
Всюду таскал его за собой. Алексей в Ярославе души не чаял, — рассказывает Григорий Михайлович.
Я молча киваю, ожидая продолжения.
— Но это полбеды. В детстве можно дружить, а потом, будучи взрослыми, забыть друг о друге. К сожалению, так часто бывает даже между родными братьями. Но моих братьев связывает кое-что большее, чем просто детская дружба…
Князь замолкает. Поглаживая бороду, он глядит в пустоту.
