Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
Но порой приходится принимать сложные решения, которые ранят близких.
Что касается Александра… Будет лучше, если он продолжит вести тихую жизнь, как до этого. Так будет лучше для него самого."
"Машина медленно останавливается, и водитель спрашивает:
— С вами подняться, господин?
— Нет. Езжайте в гараж. Думаю, что останусь на ночь, — отвечает Виталий и открывает дверь.
— Так точно.
Виталий выходит и поднимает глаза на элитную многоэтажку. На последнем этаже, где расположен пентхаус его брата, свет горит во всех комнатах.
Направляясь к дому, он достаёт телефон и набирает номер:
— Алло, — в динамике раздаётся раздражённый женский голос.
— Таня, это я. Напомни пароль от лифта.
— Ты что, приехал к нам?
— Да. Хочу поговорить с Юрой.
Татьяна вздыхает в трубку и устало произносит:
— Думаю, сейчас не лучшее время.
— Всё в порядке. Напомни пароль, пожалуйста.
— Семь четыре три девять, — говорит Таня и кладёт трубку.
Виталий заходит в лифт и набирает код, и только затем жмёт кнопку верхнего этажа. Без ввода пароля лифт не поднимется в пентхаус.
При входе в квартиру Виталия встречает Татьяна. Они коротко обнимаются, и Таня говорит:
— Извини, что не сразу захотела тебя впускать. Может, у тебя получится его успокоить. Я никогда не видела его настолько злым.
— Всё нормально, я понимаю. Где он?
— В спортзале, — Татьяна показывает направление.
Зайдя в спортзал, Виталий видит, как Юрий беспощадно избивает лежащий на полу боксёрский мешок.
— Здравствуй, брат.
Запыхавшийся Юрий поворачивается к нему. Его глаза пылают бешенством, как у дикого зверя.
— Ты что здесь делаешь?
— Хочу поговорить, — Виталий косится на бутылку. — Ты в состоянии?
— Я в состоянии кого-нибудь, сука, прикончить! — орёт Юрий и снова пинает мешок. — Твою мать! Наш отец сошёл с ума. Он просто чокнулся!
Виталию становится страшно находиться рядом с братом.
— Послушай, — поправив очки, говорит он. — Я понимаю, ты в ярости. Но сейчас мы ничего не можем сделать.
— О, я могу кое-что сделать! Могу прикончить этого бастарда. Закатать его в фундамент на одной из наших строек.
— После этого отец не только изгонит тебя из рода, он лишит тебя всего.
— Пускай попробует!
— Ты знаешь, что он может.
