Внутри урчит гневная буря: страх за старшего сына смешался с незамедлительной надеждой в успехе. Глаза Юрия и моих взглядов — как два клинка, тесно переплетающихся и выстреливающих искры ярости и горечи. Этот тонкий баланс эмоций заставляет дрожать всем телом, словно в удушливом парке надвигается гроза....
Как сказал двоюродный дед, главное, что всё обошлось. И в какой-то мере покушение действительно нам на руку. Теперь, когда больница под контролем имперской армии, всё будет решать Алексей благодаря своим связям. Он сможет закрутить гайки так, что никто лишний на километр не приблизится, а все поставки будут жёстко контролировать.
Ужасно бесит, что я сам никак не в силах повлиять на что-либо! Речь даже не о том, что меня сделали изгоем. Мне просто не хватает власти, чтобы оказывать влияние на происходящее.
Когда заканчиваем разговор, я откдываюсь на стуле, прикрываю глаза и начинаю дышать медленно и глубоко.
В этом мире я добьюсь таких высот, что все прошлые Грозины покажутся пешками рядом со мной. Со всем уважением к деду и прочим предкам, я намерен стать сильнее, чем они.
Через несколько минут слышу, как открывается дверь в прихожей, и появляется мама. Накрашена чуть ярче, чем обычно. А вид хоть и немного усталый, но довольный.
— Привет, — выхожу навстречу. — Как там папа?
— Что? — мама застывает, не успев снять туфли.
— Ты же с ним встречалась?
Она какое-то время изумлённо смотрит на меня, а потом почти что гавкает:
— Нет! С чего ты это взял?
— С того, что я не дурак. Ты регулярно с кем-то видишься, задерживаешься допоздна. Делаю выводы, что ты встречаешься с мужчиной.
— Саша… — Анна вдруг густо краснеет.
— Только не оправдывайся, — поднимаю руки в миролюбивом жесте. — Никаких претензий, я взрослый парень и всё понимаю.
— Я и не собиралась перед тобой оправдываться. Не твоё дело, с кем я встречаюсь и зачем!
— Не вижу повода повышать голос. Ты права, это не моё дело. Встречайся с кем хочешь. Но если это мой отец — я бы тоже хотел с ним встретиться.
— Это не он!
Всё-таки сбросив туфли, мама ураганом пролетает мимо меня и пропадает в своей комнате.
— В школе нас учили, что ложь недостойна дворян, мама, — говорю я перед тем, как она захлопывает дверь.
Ещё один аспект моей жизни, который немало бесит.
Но дело далеко не только в этом. Мама же не просто так упорно скрывает его личность. Почти уверен, что он — какой-то непростой человек. Скорее всего, довольно высокого положения. Может быть, соперник рода Грозиных. Или кто-то из настолько высоких кругов, что не имеет права раскрывать свою связь с моей мамой.
Хм. А вдруг я бастард самого императора?
Нет уж, вряд ли.
