Гвардейцы Череповых держат меня на расстоянии угрожающей близости. Стоя посреди их полукруга, я требовательным тоном произношу приказ: "Стоять!" Тон моего голоса заставляет солдат вздрогнуть и замереть. Заглянув в лица стоящих передо мной гвардейцев, я спрашиваю: "Кто командир?" Виктория кричит: "Я здесь отдаю приказы!" Я качаю головой: "Искушённый фарс и незаконная супруга Черепова."...
— Насколько мне известно, он обижен на своего отца за то, что тот бросил их с матерью и поэтому очень редко появляется на семейных собраниях. Думаю, он переносит свою обиду и на всех остальных. Но это же не может быть поводом для того, чтобы уничтожить род?
— Как знать, — пожимает плечами Макс. — Знаешь, он считает, что в высшем дворянстве все поголовно — беспринципные сволочи, которые погрязли в своих интригах и забыли, что значит быть нормальными людьми. Ты же заметил, он специально одевается и ведёт себя так, чтобы не казаться одним из нас.
Подумав немного, я говорю:
— Как раз по этой причине Дима вряд ли может быть кукловодом. Раз он терпеть не может дворян, разве стал бы он выстраивать такую сложную систему интриг? Да и других мотивов, кроме обиды на отца, у него нет… Я мог бы продолжить, но думаю, этого уже достаточно.
Почему-то смутившись, Максим говорит:
— Да, ты прав. Не знаю, почему я вообще на него подумал.
— Всё нормально.
— Дед Алексей может быть кукловодом, — вдруг выдаёт Макс.
Помедлив, я ловлю взгляд брата и молча киваю. Он кивает в ответ и говорит:
— Вот у него достаточно и мотивов, и власти.
— Это точно. И то, что у него есть люди внутри Династии, которые верны только ему — тоже факт. Кроме того, недавно мне звонил министр Ларин…
Пересказываю то, что передал мне Тимофей Иванович о том, как он слышал обрывок разговора между Алексеем и советником министра обороны.
— «Если начнётся война, нам это будет только на руку», — повторяет он слова, якобы сказанные Алексеем. — То есть пока вы с дедом пытались предотвратить войну, он хочет её начать?
— Как знать, — пожимаю плечами я. — Фраза вырвана из контекста. Непонятно, о какой войне он вообще говорит. Да и полностью доверять Ларину я бы тоже не стал.
— Всё равно, это очень подозрительно.
— Конечно. Поэтому я и хочу попросить тебя раскопать что-нибудь ещё, — говорю я. — У тебя гораздо больше знакомств среди политиков, чем у меня. Подключать князя или кого-то ещё я бы не стал, иначе Алексей поймёт, что мы подозреваем его. Лучше попытаться найти информацию тихо.
— И что конкретно ты хочешь найти? — повернувшись в мою сторону, спрашивает Макс.
— Трудно сказать. Что-то такое, что указывало бы на его действия против рода.
