— Либо она хорошая притворщица, либо Икар ошибается, и они прежде не виделись, либо встречались, но леди Тортон видела его настоящее лицо… Нам надо срочно навестить Делию!
— Не так быстро, Элена. Столько увольнительных нам Латар не выдаст.
Точно! Сначала надо было разобраться с приглашением Войского. Элмар обещал рассказать, когда же мы сможем заглянуть к Георгу.
Выяснилось, что куратор пообещала открыть портал только через неделю, когда наша группа отправится на охоту в Солнечные горы. Зато Элмар уже связался по своим каналам с магами смерти, несущими службу на этом участке границы империи. Маги не заметили никаких странностей в имении Войских. Но я-то знала, насколько фальшивой бывает иллюзия благополучия.
Элмар поделился своими соображениями насчет Икара и его навязчивой идеи, связанной с Делией Тортон. Боевик предлагал сначала собрать информацию об этой змейке, а потом уже подумать, как она и Икар могут быть связаны.
— Кстати, возможно, остроухий в самом деле втрескался, но пока это не осознал. Да. Было бы неплохо. — Элмар важно покивал и отпил из бокала.
— Тебя так волнуют сердечные привязанности Икара?
— Неимоверно. С тех пор как вынужден видеть его бледную несчастную морду каждое утро… Что? Я терплю его только ради тебя!
Не выдержала и запустила во вредного нахала иллюзорный светоч. Светящийся шар при достижении цели взорвался, заставив Элмара крепко зажмуриться.
— Не за что, а ради чего, — наставительно объявила я. — Тебе пора переосмыслить своё отношение к Раеру и признать, что вы подружились.
— Да скорее гхары научатся летать!
— А Джереми перестанет вести себя как последний засранец. Да, настоящих чудес в нашем мире маловато, но всё же они случаются. Например, маг смерти может подружиться со светлым эльфом, который по совместительству ещё и принц.
— Жду не дождусь, когда он свалит к себе домой, — упрямо произнёс Элмар.
Я с трудом сдержала улыбку, но никак не стала комментировать это заявление.
Лорд Льен не сомневался, что мне в Школе Тёмных будет непросто. Посещения учебных практик оставались пыткой. На лекциях было намного легче. Я оклемалась уже к середине второго занятия и теперь добросовестно писала конспекты, слушала преподавателей и даже понимала, о чём они говорят. Зато на практиках я проваливалась во тьму головной боли.
