Автор
В лоснящихся лучах заката на дорогущей иномарке Льв Гуров и Станислав Крячко провозились по городским улицам. Этот внедорожник не спускал глаз с других машин, притягивая к себе внимание каким-то дерзким обгонами и хитрым маневрам. Приятельские отношения и деловое взаимопонимание позволяли им нарушать правила дорожного движения в поисках приключений....
Этот парень никого не боялся, потому что знал всех. Его услугами пользовались очень авторитетные люди, причем не только московские. Через Кларнета уходили в другие города и бесследно растворялись там золото, электроника и много чего еще. У Кларнета были связи, за это его ценили все. Многие старались завести с ним дружбу.
То, что на встречу пришел именно Кларнет, было просто счастьем. Но почему он? Сам Кларнет о краденное не пачкался, он просто все организовывал. Зачем пришел?
Резонный вопрос, появившийся в голове Цвета, вдруг получил ответ.
– Говорят, что тебя Хрустом кличут. Так вот, Хруст, перетереть с тобой кое-кто хочет. Больно ты любопытный. Пора бы объяснить свое поведение. Не желаешь?
Теперь Вите стало ясно, что Кларнет появился здесь не случайно. Видимо, кто-то из авторитетных людей уже понял, что этот Хруст ходит там, куда его не звали, и задает слишком много вопросов.
Кларнет стоял и ждал. Цвет наконец-то решился отвести взгляд от опущенной руки Хруста, в которой тот держал нож. Чуть в стороне он заметил пару быков. Он знал этих крепких парней – это были люди Бурого, а тот был законником и держал часть Москвы. Вот эту самую.
– Ты, Цвет, погуляй пока, – с усмешкой заявил Кларнет.
Хруст равнодушно глянул на парней, стоявших в сторонке, на черный высокий «Мерседес» класса G и одним движением сложил лезвие ножа. Цвет с облегчением смотрел, как этот страшный человек легко поднялся и, ни на кого не глядя, пошел в сторону машины.
Уф! Бурый в обиду не даст, он Витю лично знает. Цвет у Бурого на юбилее два года назад водку пил. Ох, как же вовремя!.. Чужаки его интересуют! А сам-то он кто? Разве не залетный? Бурый разберется, он это умеет. Бурого даже уголовка не трогает, уважает. Так знающие люди говорят.
Дверца машины распахнулась, и Хруст увидел светло-коричневую кожу задних сидений. Он почувствовал, что в спину чуть выше крестца ему уперлось что-то зловеще твердое.
