Они приземлились в густую траву и вспугнули сенных жучков, на которых чаще всего охотились.
Насекомые тучей поднялись в воздух и полетели по ветру, а коклики стали их преследовать, пожирая на лету и уносясь вдаль вместе с ними и ветром.
— Хороший здесь климат, зараза. Вот только не нравится, что эти ящерицы летают, — признался Хольмер.
С тех пор, как он завязал с выпивкой, ему многое не нравилось.
— Ящерицы — не птицы, — глубокомысленно изрек Джек.
— Это да. Сегодня к нам гость приезжает. Капитан Горский из контрразведки.
— Из контрразведки? — переспросил Джек и остановился.
— А чего ты на меня так смотришь? Обычное дело, контрразведка всегда сует нос во все дела. Я думал, ты к этому привык. Помнишь майора Стоуна?
— Помню…
— Ну и вот. Приедет такой же долбоклюй, неужели мы его не обманем?
— А зачем обманывать, сэр? — спросил Джек, и капитану пришлось отводить взгляд, чтобы собраться с мыслями и выдумать что-то подходящее.
— Затем, что у нас разные задачи. Им надобно найти измену, а нам — макнуть их мордой в дерьмо и отправить восвояси. Улавливаешь разницу?
— Улавливаю. Им мое возвращение из плена не понравилось?
— В самую точку, коллега. Но не то чтобы не понравилось, просто они очень ревнивые по части чужих успехов, понимаешь?
— Да, сэр, так мне понятно.
— Вот и славно. После обеда прибудет этот самый Горский, ты с ним только поздороваешься, а я возьму этого лоха в оборот и через два часа доставлю шелковым, как новорожденного ягненка.
— Что такое ягненок?
— Ягненок? — переспросил капитан и задумался. Он и сам толком не знал значения этого слова. — Наверное, это такая птица, но очень молодая. И неопытная.
— Значит, будет допрос?
— Будет попытка допроса, но дальше я все возьму на себя.
Джек поверил капитану, хотя особенно и не боялся. Ему нечего было скрывать, ведь он не делал ничего предосудительного.
Обед прошел, как всегда, на высоком уровне, Джек даже забыл о предстоящей ему неприятной процедуре, а когда вспомнил, был уже сыт и доволен собой. Они с капитаном вышли на крыльцо столовой и стали смотреть на казенную машину, припаркованную у офицерского корпуса.
— Это он, капитан Горский, — напомнил Хольмер.
— Да и хрен с ним. Я бы сейчас с удовольствием почитал журнальчик про кругосветные путешествия, — сказал Джек, потягиваясь.
— Эй, а как же курицы? Помнится, ты штудировал куриные журналы так, что перья летели. Что изменилось?
— Не знаю, сэр, что изменилось, но что-то изменилось — это точно. Всему виной госпиталь, откуда я бежал. Я там о курицах вообще не вспоминал. Совсем не до них было.
— Теперь даже кушать их боишься?
— Нет, кушать я не против, а вот чучело собирать совсем расхотелось.
— Ну, это нормально. Просто ты взрослеешь."
"— Думаете?
— Уверен, приятель.