А он продолжал стрелять сквозь кусты, и на залегшую пехоту густо сыпались сбитые листья и ветки.
— Что за хреновина? — воскликнул капитан, заметив, что обшивка на его бронежилете разорвана.
— Картечь, сэр! — пояснил сержант, который перевязывал раненого.
— Это… охрана… госпиталя… — с трудом проговорил сам раненый.
— А ты кто?
— Экс… педитор…
— А зачем стрелял?
— Меня… оглушили и… ограбили… Я хотел пресечь…
— Все ясно! — произнес капитан и сплюнул.
— А что, сэр, вы с ними не договорились? Охрана не в курсе? — спросил «безлошадный» пилот Руйдель.
— Руйдель, ну ты-то куда еще лезешь?! Просрал машину, а туда же!
— Извините, сэр…
— Как можно оповещать каких-то там охранников, если операция совершенно секретная!
— И этой секретности тоже оказалось мало… — пробормотал Марсель и, поймав на себе гневный взгляд капитана, уставился в траву.
Снова ударили выстрелы, и картечь застучала по веткам.
— Да остановите же их кто-нибудь! — закричал капитан. — Иначе я прикажу перестрелять этих тварей!
21
Управление в «грее» было непривычным, поначалу машину бросало из стороны в сторону, и она то и дело вспарывала землю заплетавшимися опорами, но уже метров через триста Джек начал приноравливаться, хотя поворот кабины все еще давался ему тяжело — в «таргаре» она поворачивалась довольно быстро, но в «грее» дергалась как бешеная, один раз Джек едва не совершил с ней полный оборот.
Впрочем, теперь ему стало понятно, как пилоты этих машин ухитрялись сшибать из пушек даже скоростные воздушные цели.
Оставалось приноровиться к скачущей по верхней полусфере прицельной шкале. Впрочем, пока что Джека интересовали наземные цели, которые наверняка должны были пойти по его следу.
Итак, противник полагает, что он пойдет в Лоусон. Но даже если и не поверит на все сто процентов, сбрасывать со счетов этот вариант не станет и отправит в погоню пару машин. Да, пару. Так надежнее, ведь они уже знают, кто он и на что способен.
Маяк был уже отключен — Джек позаботился об этом сразу, чтобы не смогли запеленговать.
Рацию выключил по той же причине, хотя прослушивать переговоры противника сейчас было бы нелишним.
Наверняка арконские пилоты использовали собственный код.
«Две собаки на «плюс» тридцать градусов. Встречай».
Такого рода фразы ему не раз попадались в открытом эфире, но что толку от этого кода, если смысл слова «встречай» понятен каждому.
А «плюс тридцать градусов» — это тридцать градусов плюс какой-то довесок — еще тридцать или даже шестьдесят.
