В дали раскинулась бескрайняя степь — самое подходящее место для загадочного откровения о тайнах бытия. Боли в теле не мешают осмысливать происходящее, и все больше становится ясно, что обычное превращается в редкое чудо.
Во-вторых, мне не хотелось, чтобы они подумали, что я им не доверяю, да и не хотелось мне быть в каждой дырке затычкой. В-третьих, пусть учатся управлять большим количеством народа.
Пока новоиспеченная дружина принимала обоз и табун лошадей, я вместе с Митрофаном сидел в трапезной и изучал нарисованную на берестяном свитке карту земель Красновских. Больше всего меня интересовал путь до ближайшего городка, что принадлежал соседу. Не ошибусь, если скажу, что мы его проплывали, когда шли на Новгород, по-моему, он находился километрах в восьми от протоки, ведущей к усадьбе.
Когда я заканчивал, зашел Михайлов.
— Люди отобраны, будешь смотреть, боярин?
— Буду, — решил я."
"Три паренька и один взрослый, вот и все мои лазутчики, отправляемые в Новгород. Они входили в десяток, которым теперь командовал Михайлов.
— Инструкции получили?
— Иструкиции мы не получали, — отрицательно покачал головой мужчина, было видно, что все четверо новички, не ветераны.
— Ясно, — вздохнул я, выбор Михайлова меня не радовал, крестьяне сиволапые, но, похоже, эти были лучшими. А заметив лукавую искорку в глазах старшего, понял, что и это хоть что-то. Надеюсь, справятся.
Опросив их и убедившись, что инструкции они получили вполне полные, даже подробные, отпустил их. Сев в телегу, все четверо лазутчиков выехали с подворья.
— Почему решили отпустить их ночью? — спросил я Михайлова.
— Будет больше времени на изучение города, тем более один из мальчишек там вырос, два года назад переехал в село к тетке. Думаю, у них будет время на сбор сведений, — спокойно ответил он.
— Хорошо. Кстати, пекарь еще что сказал? Есть тут еще люди Глазова?
— Он об этом не знает, но о корчмаре знал, да и про татей тоже. Думаю, больше тут никого нет, если только кто из крестьян им помогал.
— Да, — согласился я. — И выхода на главного у него нет.
В это время разгруженный обоз увели за хозяйственные пристройки, телеги с возницами, которые мы «заняли» в одной из деревень, отправились туда же.
Большая часть дружины возилась у трофеев, их уносили к колодцу и казармам чистить и приводить в порядок перед распределением.
Весь вечер мы распределяли вооружение и броню. Подбирали по размерам и под руку. В стрелковых десятках было примерно по пять ружей или пищалей.
