В дали раскинулась бескрайняя степь — самое подходящее место для загадочного откровения о тайнах бытия. Боли в теле не мешают осмысливать происходящее, и все больше становится ясно, что обычное превращается в редкое чудо.
Времени прошло не много, по идее он должен догнать караван из купленных мной воинов, я объяснил, куда они идут. Дальше отправится с ними. Чуть подотстав, договоренности на сопровождение не было, но с ними. Отблагодарил я его по-хански, золотой монетой. Так что он хоть и был бледен, но рвался в бой.
Мы внимательно наблюдали из разных окон за его слегка неуверенной походкой, когда он шел к тарантасу, и за тремя стражниками, которые разговаривали у входа в главное здание. Они не обратили особого внимания на Игоря, продолжая общаться, так что грек спокойно подошел к повозке и проверил ее.
Я тоже облачился в стандартную кожаную броню стражника. Шлем был надвинут на лоб, одна сабля снята и замотана в чистые тряпки, в остальном я почти не отличался от местных.
Как только тарантас остановился у дверей, я распахнул створки и вышел наружу, слегка пригнув голову, — лицо у меня все-таки европейское, сразу можно заподозрить, — обошел тарантас и повернулся к страже спиной.
Все трое стражников как один с интересом посмотрели в нашу сторону. Гады.
Угроза эвакуации была под вопросом. Слишком опасно.
Обойдя повозку вокруг, я положил на дно сверток с саблей и подошел к греку, делая вид, что разговариваю с ним. Ростом от местных я не очень отличался, высоковат, но были и выше меня. Проблема заключалась в том, что стражники знали друг друга в лицо, и это нас волновало. Спасение было в одном, как сообщил нам мальчишка, тот воришка с перевязанной рукой, из Кафы прибыла сотня стражников на усиление, это не считая других городов, так что можно было сыграть под них.
Любопытные стражники быстро потеряли к нам интерес и продолжили беседу. Выводить бывших узников было пока стремно, но нужно. Махнув рукой, я дал знак, что пора начинать.
Во двор вышли двое переодетых воинов, они спокойно прошли мимо тарантаса и замерли спиной к стражникам, слегка закрывая им обзор. Под их прикрытием в тарантас попали и остальные. Они изображали узников, даже сбитыми кандалами звенели.
Как только они это сделали, я кивком головы велел остальным садиться, а сам шел рядом с Игорем, он вел лошадь за узду. Дверь в тюрьму закрыли за нами те двое узников, с которыми мы договорились. По моим прикидкам, через несколько минут двор захлестнет волна освобожденных заключенных, но мы должны быть уже далеко, если повезет, конечно.
