Автор
В Лондоне, где жизнь писательницы Джорджетт Хейер была полна тайн и приключений, она создала серию романтических детективов о персонажах из разных эпох. Книги вдохновлены ее собственным жизненным опытом — от Танганьикии до Югославии, через Вторую мировую войну и до Лондона....
Насколько мне известно, Эйвона никто и никогда не видел пьяным. И более того, — Леди Фанни замолчала и устало взмахнула веером. — Всякие там танцовщицы, — мрачно довершила она свою обличительную речь.
Давенант улыбнулся.
— Что ж, милая леди Фанни, я сожалею об этом не меньше, но, полагаю, вы не станете утверждать, что никто никогда не видел Эйвона…
Но договорить ему не удалось.
— Я очень люблю Джастина, — с нетерпеливым жестом перебила его леди Фанни, — но никогда не делала вид, что во всем одобряю его поведение.
Хью поклонился.
— Вам повезло с сыном, Фанни.
Она вздохнула.
— Джон и в самом деле похож на своего покойного отца.
Хью ничего не ответил, лишь еще раз почтительно поклонился. Он отлично сознавал: чрезмерная уравновешенность сына вызывала у леди Фанни огромное разочарование.
— Не сомневаюсь, — воинственно заметила ее светлость, — узнай я, что мой сын устраивает всякие… оргии в компании с лондонскими распутниками, я бы сгорела со стыда.
Мистер Давенант нахмурился.
— Оргии, Фанни?
— Оргии, Хью! И не спрашивайте больше ни о чем.
Давенант знал немало историй о похождениях Видала и его приятелей. Именно потому, принимая во внимание характер похождений, был крайне удивлен, что они стали известны леди Фанни. Видя выражение оскорбленной добродетели на лице почтенной дамы, Хью сделал вывод, что ее светлость прослышала про нечто совершенно непристойное.
В этот момент к ним приблизился добродетельный мистер Джон Марлинг. Это был коренастый молодой человек приятной наружности, облаченный в опрятнейший бархатный камзол сдержанных темных тонов.
— Джон, где твоя сестра? Меня тревожит, что здесь присутствует молодой Комин. Ты же не позволил ей уединиться с ним?
— Нет, — ответил мистер Марлинг. — Джулиана беседует с Видалом.
