Автор
Дот Симпсон из рабочих кварталов Лондона встречает богатого иностранца Сола в мятежные шестидесятые. Их роман разворачивается вопреки социальным условностям и различиям в происхождении, становясь испытанием для обоих. История о любви, которая должна преодолеть предубеждения общества.
Раздел Chitat.online для книги «Дитя клевера» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Дот Симпсон из рабочих кварталов Лондона встречает богатого иностранца Сола в мятежные шестидесятые. Их роман разворачивается вопреки социальным условностям и различиям в происхождении, становясь испытанием для обоих. История о любви, которая должна преодолеть предубеждения общества.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Дот Симпсон из рабочих кварталов Лондона встречает богатого иностранца Сола в мятежные шестидесятые. Их роман разворачивается вопреки социальным условностям и различиям в происхождении, становясь испытанием для обоих. История о любви, которая должна преодолеть предубеждения общества.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Больше никаких такси! Ей по карману только билет на автобус.
Уже второй раз за неделю Вида Арбутнот наблюдала за тем, как от нее удаляется юное создание с разбитым вдребезги сердцем. Дот медленно спустилась по ступенькам крыльца. Вида машинально провела рукой по лицу, словно пытаясь отогнать от себя чувство вины, которое вдруг навалилось на нее. Однако все к лучшему… Все к лучшему!
Дот повалилась на кровать и прорыдала, наверное, двое суток кряду. Это были не просто слезы, когда тебе больно, потому что ты, скажем, ударила палец на ноге или испереживалась за любимых героев в какой-нибудь душещипательной мелодраме. О нет! То были совсем другие слезы! Они лились рекой, и у Дот не было никаких сил, чтобы их остановить. Слезы продолжали литься вопреки тому, что распухшие глаза уже успели превратиться в узенькие щелочки, лицо побило красными пятнами, а наволочка на подушке и верхняя часть ночной сорочки пропитались насквозь солью и не успевали просыхать от влаги. Но стоило Дот сомкнуть веки, как воображение услужливо рисовало ей одну и ту же картину: они с Солом кружат в танце, слившись в единое целое, и сама Этта Джеймс поет для них. А стоило открыть глаза, и в ушах начинали звучать его лживые речи: «…Представляешь, любоваться всей этой красотой под ночное пение цикад! Вслушиваться в негромкий скрип кресла-качалки, на котором мы сидим и которое убаюкивает нас своим мерным покачиванием, подобно младенцам в колыбели. А из открытых настежь окон дома доносится легкое жужжание вентилятора, установленного на потолке в большой зале…»
Она покидала спальню только тогда, когда нужно было сходить в туалет. Брела туда, словно пьяная, на непослушных ногах, от страшной головной боли раскалывался череп. Состояние хуже, чем после похорон близкого человека. К тому же приступы тошноты не прекращались, и один вид съестного вызывал рвоту.
В какой-то момент к ней в комнату прокралась младшая сестренка. Ди осторожно погладила Дот по щеке.
– Не плачь, Дот! Ну пожалуйста! Я для тебя что-то сделала!
Дот с трудом разлепила распухшие от слез веки. Малышка нарисовала ей в подарок очередную картину, на которой была изображена радуга, тщательно разрисованная цветными карандашами. Подарок сестренки моментально напомнил ей тот день, когда она впервые привела Сола к себе на работу в «Селфриджез». А еще Дот вдруг вспомнила, что в одном из ящиков комода до сих пор лежит бумажный пакет с отрезом голубой ткани, такой ослепительный синий цвет, как цвет неба над островом Сент-Люсия.
