Автор
Ировала лишь одна мысль – добраться до полоски прибоя. Морская вода разъедает кожу на губах, покрывает их коркой соли, а глаза двоятся от усталости. Лёха знает, что сил почти не осталось, но сдаваться он не привык – всю жизнь дрался за выживание, любой ценой, не щадя врагов и недоброжелателей....
Один из мужиков внимательно осмотрел край оврага и, хищно усмехнувшись, уверенно сказал:
– Тут он укрылся.
– С чего ты взял? – не понял Лёха. Сам он постарался бы воспользоваться темнотой и уйти подальше от места преступления.
– Ночью по нашим местам особо не погуляешь. Нежить с нечистью балует. А тут, у текущей воды, укрыться можно. Там дальше, за излучиной, грот есть. Можно и костёр развести, и вода под боком. Лучшего укрытия для ночлега во всей округе не найти. Бывало, сам тут несколько раз ночевал, – усмехнувшись, пояснил охотник.
– Ну тогда пошли, – решительно скомандовал Лёха, первым направляясь к месту, где можно было спуститься в овраг.
– Не спеши, лэр. Лучше я – первый, – остановил его сказавший про грот охотник.
– Какой я тебе лэр? – удивился Лёха, припомнив, что так обращаются к высокородным.
– Я хоть и кмет, но не дурак, – усмехнулся охотник. – Птицу по полёту видно. А ты не простой вольный. Не иначе, среди егерей жил. Или учил тебя егерь. А их нанимают только высокородных учить. Берут дорого.
– Да с чего ты взял? – возмутился парень, которому совсем не нравилась такая наблюдательность и сделанные выводы.
– Вижу, – пожал плечами охотник. – В общем, держись за нами. А там посмотрим.
Удивлённо покачав головой, Лёха дождался, когда двое охотников соскользнут на дно оврага и, спустившись следом за ними, принялся осматривать берега ручья. Но здесь можно было сильно и не стараться. Глубокие отпечатки сапог убийцы чётко указывали направление, в котором он двигался. Держа дистанцию в два шага, охотники пошли в сторону грота.
К самому гроту они подобрались почти беззвучно. Привычка скрадывать зверя позволила охотникам подойти к укрытию бандита вплотную. Догадливый охотник, имени которого Лёха так и не удосужился узнать, медленно поднял охотничий лук с уже наложенной стрелой и, осторожно заглянув в грот, громко сказал:
– Эй ты, вылезай.
– Добрались всё-таки, бахутовы дети, – послышался из грота хриплый голос, и под тяжёлыми сапогами заскрипели мелкие камешки.
Бандит вышел из грота, придерживая левой рукой сломанную правую конечность. Рука была кое-как перевязана какой-то тряпкой. Заметив у него на поясе тесак, Лёха быстро шагнул вперёд, глядя на убийцу с нескрываемой ненавистью.
– Опять ты, – прошипел бандит, сходу узнав парня. – Ловок, тварь.
