Автор
Ировала лишь одна мысль – добраться до полоски прибоя. Морская вода разъедает кожу на губах, покрывает их коркой соли, а глаза двоятся от усталости. Лёха знает, что сил почти не осталось, но сдаваться он не привык – всю жизнь дрался за выживание, любой ценой, не щадя врагов и недоброжелателей....
– Сейчас мы за себя воюем. А люди это уж так, попутно, – отмахнулся Груд.
– Вы это о чём? – настороженно спросил Анкутан, всю дорогу внимательно слушавший их разговор.
– Скоро узнаешь, – загадочно усмехнулся Груд, ловко подгоняя машину к воротам, за которыми начиналась степь.
Буркнув что-то неразборчивое, десятник выскочил из машины и, быстро подойдя к полусотнику, командовавшему дежурной сменой, что-то тихо сказал. Кивнув, полусотник жестом приказал егерям открыть ворота, и Анкутан бегом вернулся к машине.
"В открытое окно пахнуло пылью и ароматом разнотравья. Чуть улыбнувшись, Лёха сделал глубокий вдох, подумав, как бы он себя чувствовал, вдруг оказавшись в своём мире. Привыкнув к чистому воздуху, натуральным продуктам и простой жизни, он, пожалуй, загнулся бы уже через неделю или от дурной еды, или от тоски по такой странной, но увлекательной жизни.
Бескрайняя степь покрыта пожелтевшим от жаркого солнца ковылём, а где-то за холмами полыхает зарево пожара. Картинка для очередного фильма про конец света, промелькнула мысль, и парень усмехнулся. Он давно уже стал замечать, что начинает забывать свою прошлую жизнь.
Размышления Лёхи были в очередной раз прерваны, но теперь, это был не ухаб, а голос сидевшего рядом егеря.
– У нас гости, – громко сообщил Анкутан, пытаясь вскинуть карабин.
– Не суетись, – остановил его Лёха и, обернувшись, крикнул в боевой отсек: – Внимание всем! У нас гости.
Такая ситуация уже отрабатывалась, так что суеты и бестолковых метаний не было. Сидевшие в кузове орки ловко защёлкали затворами пулемётов, а над крышей кабины лязгнула открывшаяся заслонка бойницы. Бросив взгляд в боковое зеркало, Лёха убедился, что идущим следом машинам сигнал о возможном нападении уже передан, и, хищно усмехнувшись, опустил половину ветрового стекла.
