Автор
Ировала лишь одна мысль – добраться до полоски прибоя. Морская вода разъедает кожу на губах, покрывает их коркой соли, а глаза двоятся от усталости. Лёха знает, что сил почти не осталось, но сдаваться он не привык – всю жизнь дрался за выживание, любой ценой, не щадя врагов и недоброжелателей....
Всем известно, любой, даже самый юный дракон способен войти в самое жаркое пламя и выйти из него живым. Что это, как не проявление единения с его божественной сущностью?
– Ты хочешь сказать, что древние боги рассердились на нас и прислали сюда этих тварей? – сделал вывод аган.
– Ты всё видишь сам, великий.
– То, что я вижу, не описано ни в одной книге, – фыркнул аган.
– Прикажи срочно покинуть становище, великий. Сейчас мы не можем вступать с драконами в схватку. Это ещё больше разозлит богов.
– Убирайтесь.
– Если боги хотят кого-то наказать, они первым делом отбирают у него разум, – вздохнул старый шаман и отправился к своей кибитке.
Промчавшись до старого русла реки, аган погнал коня в ущелье. Этот путь был известен только ему и нескольким десяткам особо приближённых воинов из личной сотни. Оказавшись на дне ущелья, аган пустил коня лёгкой рысью.
Идти пришлось, согнувшись почти пополам. Очень скоро свод пещеры ушёл куда-то вверх, и аган, достав из кошеля на поясе огниво, принялся шарить руками у самой стены.
Пройдя по длинному коридору полторы сотни шагов, он вошёл в большой круглый зал и, приблизившись к возвышающемуся посреди пещеры алтарю, досадливо закусил губу. Чтобы обратиться к повелителю, ему нужна была жертва. Ведь тёмный бог отзывался только на живую кровь. Жертва, кровь – вот что ему сейчас было необходимо. Выругавшись, аган воткнул факел в трещину в стене и, выхватив кинжал, полоснул себя лезвием по левой руке.
