Автор
Ировала лишь одна мысль – добраться до полоски прибоя. Морская вода разъедает кожу на губах, покрывает их коркой соли, а глаза двоятся от усталости. Лёха знает, что сил почти не осталось, но сдаваться он не привык – всю жизнь дрался за выживание, любой ценой, не щадя врагов и недоброжелателей....
– С тобой трудно спорить, – нехотя признал голос. – Тебе известно то, о чём жители этого мира даже не догадываются. Но ты ещё можешь спасти свою подругу. Разве ты не боишься за неё?
– Я похоронил Даяну в тот день, когда понял, что не могу догнать её похитителей. И доказательств того, что она ещё жива, мне так и не предъявили.
– Я могу показать тебе.
– Что? Морок? Нет уж. Такие фокусы любой маг-недоучка способен показывать. Однажды я уже говорил: покажите мне то, что я смогу потрогать, к чему смогу прикоснуться руками.
– Хитришь? Хочешь, чтобы тебя перенесли к твоей подруге? Не выйдет. Она останется там, где сейчас есть.
– Слишком много разговоров и всё не по делу, – презрительно рассмеялся Лёха.
– Посмотрим, что ты скажешь теперь, – прогремел голос и Лёху вдруг куда-то потащило.
Вспомнив о своих способностях, парень попытался возмутиться, почему они не действуют, но внезапно всё кончилось. Оглядевшись, Лёха с удивлением понял, что оказался в натуральной камере пыток. Низкий потолок, каменные стены, раскалённые угли в очаге и различные пыточные инструменты вокруг.
– Неплохая иллюзия. И что дальше?
Словно в ответ на его вопрос, в пыточную ввалились четверо стражников, два мужика в балахонах, напоминавших те, что когда-то носили монахи на земле, и трое здоровенных бугаёв в кожаных фартуках. Увидев парня, вся компания дружно заухмылялась и двинулась к нему.
– Его по всему монастырю ищут, а он тут прячется, – прогудел монах.
Голос у мужика был впечатляющий – гулкий бас.
– Ловок, бестия, – поддержал его второй монах. – Из камеры сбежал, да видно заплутал в коридорах. Сам на пытки пришёл, и возиться не пришлось.
– Вяжите его – и на дыбу! – приказал обладатель баса.
Отступив к ближайшему столу, Лёха схватил первый попавшийся нож и, не раздумывая, швырнул его в одного из стражников. Судя по нашивкам, десятника. Изогнутое, словно серп, лезвие, свистнув в воздухе, ударило стражника в лоб. Утробно икнув, десятник завалился на спину.
Но как быстро он ни двигался, вошедшие оказались не лыком шиты и, справившись с удивлением, бросились в атаку.
